История цивилизации Герберт Уэллс

История была моим постоянным увлечением. Даже в студенческие годы я постоянно делал выписки из исторических книг. А наступившие потрясения военного времени, если не заставили, то, по крайней мере, подтолкнули к тому, чтобы со всех сторон взглянуть на подлинные события прошлого и настоящего.

Приходилось участвовать и в собраниях различных пропагандистских союзов и обществ. Люди, которые были заинтересованы в проектах лиг наций, никак не могли найти общий язык, так как имели самые туманные, неоднородные и путаные представления о том, что же такое мир человека, чем он был и, соответственно, чем может быть.

Во многих случаях удивительно точные знания в своей области сочетались с самыми примитивными и наивными представлениями об истории в целом. Автор незаметно перенесся к истокам арийских племен в лесах и степях Европы и Западной Азии. Далее — к самым ранним стадиям цивилизации в Египте, Месопотамии и на обитаемых некогда землях Средиземноморского бассейна, которые оказались затопленными в сравнительно недавнюю эпоху.

Я стал понимать, насколько безжалостно урезали европейские историки роль цивилизаций Индии и Китая, высокогорий Центральной Азии и Персии в общей драме человечества. Наше прошлое продолжает жить в нашей повседневности, в наших общественных институтах. Наше повествование начинается на фоне непостижимой тайны, загадки звезд, неизмеримой протяженности пространства и времени.

Потом возникает жизнь, которая преодолевает нелегкий путь к сознанию, набирается сил, накапливает волю и через миллионы лет и несчетные миллиарды индивидуальных жизней приходит к трагичным дилеммам и тупикам современности, к нашему времени, полному страха и все-таки живущему надеждой. Мы наблюдаем за тем, как человек проходит путь от своего одинокого начала до зари мирового содружества. Мы видим, как возникают и изменяются формы организации человеческого общества: В финале нашего повествования мы вынуждены поставить знак вопроса.

Ведь автор — не более чем проводник, который подводит читателя к последнему рубежу, за которым события только начинают складываться, и тихо говорит ему: Еще столетие тому назад историческая наука не выходила за стены архивов и ученых кабинетов.

Но кабинетный исследователь в наши дни, пусть с неохотой и нелюбезно, вынужден уступить место исследователю, который не просто пересказывает документы, а пытается взглянуть на события прошлого в исторической перспективе.

На этой работе не могли не отразиться и ограничения самого автора, и ограничения его времени. Но затем мы все-таки вернулись бы к началу книги.

По крайней мере, автор этих очерков поступил бы так, чтобы взглянуть на то, что из рассказанного в его книге сохранилось и спустя столетие. Вполне вероятно, что изложение первых глав не претерпело бы особых изменений, за исключением разве что сотен новых подробностей, проливающих свет на неизвестные в наше время детали исторических событий. Кроме того, откроются из-под вековой толщи земли или морских глубин новые поразительные находки: Значительно точнее, полнее и, возможно, под другим углом зрения будет рассказано об истории Индии и Китая.

Гораздо больше будет известно о Центральной Азии и, может быть, о доколумбовой Америке. Мы по-прежнему будем говорить о Карле Великом и Цезаре как о выдающихся личностях нашей истории, а некоторые из гигантов недавнего прошлого, к примеру Наполеон, будут восприниматься как второстепенные ее персонажи. Книга, как я уже рассказывал, выросла из карт и записных книжек. В первую очередь, автор, а также его добровольные помощники, которые согласились стать консультантами его книги, уточняли правильность дат, имен и т.

Нужно сказать, в том, что касалось фактического материала, я всецело полагался на своих наставников, но оставил за собой полное право отстаивать собственное мнение в том, что касалось суждений и оценок. Результатом наших оживленных споров стало появления множества сносок и подстрочных комментариев к тексту, а иногда и в самом тексте.

Сноски эти, признаюсь, забавляли автора и его друзей, словно семейные шутки. Тем не менее избавиться от них было невозможно до тех пор, пока имена четырех основных помощников автора стояли рядом с его именем на титульном листе книги, поддерживая и в некотором роде ручаясь за нее.

Однако большинству читателей эти сноски показались скучными и уводящими от сути изложения. Все эти примечания, ссылки на другие источники, различные оговорки необходимы в книге, которая предназначена для исследователя или студента. Настоящее издание стало результатом новых переработок и добавлений. Оно избавилось от примечаний и прочих отступлений от темы и стало более ясным, плавным и цельным, в отличие от прежних изданий. Потом возникает жизнь, которая преодолевает нелегкий путь к сознанию, набирается сил, накапливает волю и через миллионы лет и несчетные миллиарды индивидуальных жизней приходит к трагичным дилеммам и тупикам современности, к нашему времени, полному страха и все-таки живущему надеждой.

Мы наблюдаем за тем, как человек проходит путь от своего одинокого начала до зари мирового содружества. Мы видим, как возникают и изменяются формы организации человеческого общества: В финале нашего повествования мы вынуждены поставить знак вопроса. Ведь автор — не более чем проводник, который подводит читателя к последнему рубежу, за которым события только начинают складываться, и тихо говорит ему: Еще столетие тому назад историческая наука не выходила за стены архивов и ученых кабинетов.

Но кабинетный исследователь в наши дни, пусть с неохотой и нелюбезно, вынужден уступить место исследователю, который не просто пересказывает документы, а пытается взглянуть на события прошлого в исторической перспективе.

На этой работе не могли не отразиться и ограничения самого автора, и ограничения его времени. Но затем мы все-таки вернулись бы к началу книги. По крайней мере, автор этих очерков поступил бы так, чтобы взглянуть на то, что из рассказанного в его книге сохранилось и спустя столетие. Вполне вероятно, что изложение первых глав не претерпело бы особых изменений, за исключением разве что сотен новых подробностей, проливающих свет на неизвестные в наше время детали исторических событий.

Кроме того, откроются из-под вековой толщи земли или морских глубин новые поразительные находки: Значительно точнее, полнее и, возможно, под другим углом зрения будет рассказано об истории Индии и Китая.

Гораздо больше будет известно о Центральной Азии и, может быть, о доколумбовой Америке. Мы по-прежнему будем говорить о Карле Великом и Цезаре как о выдающихся личностях нашей истории, а некоторые из гигантов недавнего прошлого, к примеру Наполеон, будут восприниматься как второстепенные ее персонажи. Книга, как я уже рассказывал, выросла из карт и записных книжек.

В первую очередь, автор, а также его добровольные помощники, которые согласились стать консультантами его книги, уточняли правильность дат, имен и т.

Нужно сказать, в том, что касалось фактического материала, я всецело полагался на своих наставников, но оставил за собой полное право отстаивать собственное мнение в том, что касалось суждений и оценок.

Результатом наших оживленных споров стало появления множества сносок и подстрочных комментариев к тексту, а иногда и в самом тексте. Сноски эти, признаюсь, забавляли автора и его друзей, словно семейные шутки. Тем не менее избавиться от них было невозможно до тех пор, пока имена четырех основных помощников автора стояли рядом с его именем на титульном листе книги, поддерживая и в некотором роде ручаясь за нее. Однако большинству читателей эти сноски показались скучными и уводящими от сути изложения.

Все эти примечания, ссылки на другие источники, различные оговорки необходимы в книге, которая предназначена для исследователя или студента. Настоящее издание стало результатом новых переработок и добавлений. Оно избавилось от примечаний и прочих отступлений от темы и стало более ясным, плавным и цельным, в отличие от прежних изданий.

Здесь же автор освобождает своих помощников от дальнейшей ответственности за содержание его работы. Их имен нет на титульном листе. Автор расстается со своими проводниками. Они помогли ему выбраться из опасных лабиринтов и скрытых ловушек, подстерегавших его на пути к нынешней свободе и знанию. Теперь он постарается как можно более просто, ясно и полно передать содержание той великой истории, в которой не смог бы разобраться без их дружеской поддержки.

Книга в целом не раз подвергалась самой нещадной критике, но ни разу — в отношении общей точности. От критики никуда не деться. Невозможно избежать ее или угодить всем. Вполне естественно, что и у автора есть свои взгляды, своя точка зрения. И едва ли читателю когда-нибудь удастся найти такого автора, который не отстаивал бы в чем-то свою позицию. Держа в руках эту книгу, как и любую другую, в которой излагаются и анализируются исторические сведения, читатель постоянно должен помнить, как судья или присяжный, об индивидуальности того, кто в настоящий момент выступает со своим свидетельством.

С уверенностью можно утверждать только то, что автор приложит все силы, чтобы честно и беспристрастно поделиться своими впечатлениями о той великой драме Времени и Судьбы, которая открылась его взору. Можно рассказать о появлении новых форм, методов, инструментов, но единственный способ передать образность произведения искусства — это увидеть или услышать его.

А просто перечислять имена великих мастеров и названия шедевров не входит в наши планы. Возникла также необходимость тщательно проработать материал, посвященный Великой Первой мировой— изд. Потрясения военного времени были слишком сильны, чтобы оценки автора были взвешенными и беспристрастными. К тому же, переосмыслить пришлось не только то, что относится к политике. Природа финансовых и экономических проблем нашего мира стала теперь намного яснее, чем до кризиса года, а это тоже потребовало чрезвычайно внимательной переработки материала.

Предлагая эту книгу на суд читателей, я нисколько не преувеличиваю ее значения, но и не стыжусь за свою работу. У меня нет ни малейших сомнений относительно того, насколько несовершенной она остается. Придет время, и, несомненно, появятся лучшие книги, написанные о том же. Для автора сделанная им работа — словно временная хижина, на месте которой будет построен дворец.

Но пока ее место не займут новые, эта книга, словно первопроходец, откроет то, что современные мужчины и женщины могут узнать о прошлом, о себе и о том, как прожить сегодняшний день.

Как они были написаны. Новый материал неизбежно появился в книге в связи с последними археологическими раскопками. Книга первая Жизнь до появления человека: Глава вторая Летопись окаменелостей: Глава четвертая Эпоха рептилий:

История Греко-восточной церкви под властью турок А.П. Лебедев

Обзор источников истории Греко—Восточной церкви. Источники для изучения Греческой церкви XIX в. Взаимные отношения Оттоманской Порты и подвластных ей христиан Греко—Восточной церкви после падения Византийской империи [80].

Отношения Оттоманской Порты к греческой иерархии. Отношения Оттоманской Порты к христианскому народу греко—восточной веры. Отношение иерархии Греко—Восточной церкви и народа к турецкому правительству. Константинопольская патриархия по ее интеллектуальной стороне.

И русская литература своим горьким опытом уже на самом деле доказала — и не раз, — как опасно полагаться на слова знаменитого афинского историка. Представим себе такой случай: Не было ли бы подобное требование слишком притязательным? Поэтому, указывая на неизвинительные ошибки Сафы, мы только и хотим заявить о трудностях принимаемого нами на себя дела.

Наша речь о Сафе должна быть рассматриваема как captatio benevolentiae выражение доброй воли. Что наши очерки не будут свободны от ошибок — это несомненно; но нужно брать во внимание условия, при каких возникал самый труд… Еще более ошибок предстоит нам наделать по истории Турции. Писать о положении греков в Турции, не имея основательных руководств по политической и религиозной истории турок, нелегко и сопряжено с опасностями. Подобных трудов мы опять вправе были бы ожидать от греков, столь давно живущих или еще недавно живших под оттоманским владычеством.

Между тем руководство греков в этом случае — нет сомнения — было бы для нас очень полезно. Греки живут или недавно жили среди турок и лучше других знают характер этих последних; среди греков нередко встречаются люди, знающие трудный турецкий язык; для них удобнее собирать книги по истории Турции и прилагать их к научному делу.

И если ничего серьезного греками не сделано по этой части, то иностранец, изучающий греческую церковную историю турецкого периода, испытывает различные затруднения. Как сумеет подобный иностранец разобраться в запутанных вопросах об отношении турок к христианам, подданным падишаха, и христиан к турецкому правительству и народу? Иностранные и русские пособия в данном случае не могут приносить всей пользы, потому что они придерживаются неодинаковых воззрений и равно недостаточно компетентны.

По—видимому, такого вопроса не должно бы и существовать; но на самом деле он существует и решается неодинаково — и притом, по—видимому, не без оснований. Тем ли, что турки грубы, а главное — фанатичны, как приверженцы ислама, или же тем, что они завидуют богатству и процветанию подвластных им греков и вообще православных христиан а иногда некоторые писатели думают и так? Как решить этот вопрос? Да и самое богатство и процветание греков в Турции — есть ли несомненный факт или плод воображения?

Кто стоял во главе деспотических действий турок против рассматриваемых христиан: Опять нет удовлетворительного ответа. Отчего вначале так сильно процветала Турецкая империя, а потом стала неудержимо клониться к падению? Оттого ли, что на первых порах турки привлекали христиан к разным видным должностям и пользовались их опытом и знаниями, а потом взяли все главные дела в свои неискусные руки?

Встречается и тот, и другой ответ. Да и верно ли то, что сначала турки давали ход грекам, а потом преградили им доступ к влиятельным должностям? Одни говорят по этому вопросу так, а другие же иначе. Где найти контроль для себя? Само собою понятно, что как эти, так и многие другие подобные вопросы нам придется определенным образом решить. Но может ли быть у нас уверенность, что в решении их мы становимся на правый, а не фальшивый путь?

Такой уверенности, к сожалению, быть не может. У нас нет авторитетных руководителей, какими могли быть только греки, если бы они взяли на себя серьезный труд изучения истории Турецкой империи — в особенности с точки зрения отношения турок к христианам.

При таких, не совсем благоприятных, условиях взялись мы за данный труд. Вышеуказанные затруднения так затруднениями и остаются. Можем утешать себя тем, что если только тот не ошибается, — как гласит поговорка, — кто ни о чем не мыслит, то и не испытывает затруднений только тот, кто ничего не делает. Но есть вопрос еще важнее. Может быть, и не стоит посвящать себя изучению истории Греческой церкви такого периода, который ничем не прославился?

Зачем, в самом деле, изучать такие времена, которые не оставили никаких заметных исторических следов? И не должно обманывать себя: Греческая церковь давненько уже поувяла, задолго до падения Византии. Завоевание Византии и с нею греческого народа турками, конечно, не могло содействовать оживлению исторического положения греческого народа. Если сравним состояние Греко—Восточной церкви турецкого периода с состоянием той же Церкви в прошедшие века, то увидим, что такое сравнение будет не в пользу новейшей греческой церковной истории.

Разумеется, мы не думаем сравнивать состояние этой Церкви с тем, какое характеризует IV и V вв. Церкви или эпоху иконоборцев, или даже эпоху Фотия. Здесь сравнения невозможны, — и они обнаруживали бы непонятную притязательность. Сравним состояние изучаемого турецкого периода с периодом церковной жизни начиная с X, XI и до середины XV в. И здесь преимущества на стороне древности. Если уже о греках от IX до XV в. В это время греки, если и не задавались целью воплощать в жизнь религиозные идеалы, не ставили никаких великих задач для настоящего и будущего в церковном отношении, но они, во всяком случае, хорошо знали и ценили те религиозные идеалы, которые господствовали в лучшие, прошедшие времена; они их знали, ценили, хотя и не прилагали усилий, чтобы воплотить их в своей жизни, да и едва ли сумели бы приняться за это дело.

Пусть они, действительно, мало сделали; но самая вера их в собственные силы да вменится им вместо дела. Они способны были к самокритике, этому могущественному двигателю просвещения и всякого прогресса. Самокритика их заключалась не в том, что они бичевали себя на перекрестках, делая из этого дела зрелище, а в том, что они думали исправить себя, создать лучшую жизнь.

Положим, это удавалось грекам очень мало или даже совсем не удавалось; но все же такая самокритика свидетельствовала, что застой, старческий маразм не охватил и не оледенил всех сил народа.

Так было до середины XV в. Как же пошли дела греческого народа в религиозном отношении после порабощения его турками?.. С полной уверенностью можно сказать одно: Всякие идеалы, какими и красна жизнь, иссякли; религиозное знание, которое составляет важнейший стимул в церковной жизни каждого народа, совсем исчезло.

Великие имена плодовитейших церковных писателей древности сделались лишь именами календарными. Великие имена никого не воодушевляли: Почти вся литературная деятельность церковных представителей ограничивалась полемикой с латинянами и протестантами, но полемика эта была бесплодна и бездушна.

С латинянами полемизировали так, как будто это были паписты IX, X вв. За теми изменениями, которые происходили в римско—католическом мире и которые давали новые поводы для живой и плодотворной полемики, никто не следил. Поэтому борьба с латинянами была суха, официальна, формалистична — и, в сущности, никому не нужна.

Быть может, еще более ничтожна полемика греков рассматриваемых веков с протестантством. Протестантство в те времена было явлением новым и должно было бы привлечь к себе внимание греческих богословов и представителей Церкви. Ничего такого, однако же, не случилось. Они поняли только одно: Если бы греки раньше усвоили богословскую науку, созданную протестантами как это позднее сделали русские , то, без сомнения, было бы лучше для Русской церкви: Нужно ли говорить, что жизнь Греческой церкви последнего периода ее существования — жизнь в широком смысле слова — не представляла ничего особенно отрадного и религиозно высокого?

Течение церковной жизни обмельчало. Не ищите здесь многих и зрелых плодов. Известный знаток христианского Востока преосв. Порфирий Успенский находил, что Восточную церковь справедливо упрекают в бесплодии: Греческие архиереи только и думали о том, чтобы попрочнее держаться на своих местах, ввиду интриг и зависти, отличавших этот лик вождей Церкви; о том, чтобы угождать турецкой власти и взамен того притеснять подчиненный им народ, выжимать из него побольше денег для возможно веселого житья.

Народ представлял собой послушное стадо, которое волей—неволей давало себя стричь своим пастырям, не получая в вознаграждение за свое послушание почти ничего. Внешняя обрядность, суеверие, невежество, изредка индифферентизм — вот главное, к чему сводилось проявление религиозного начала у греческого народа. В августе г. Русские газеты говорят, что он умер вследствие полученных им плохих известий о состоянии Церкви в его патриархате.

Газеты не разъясняют, в чем состояли эти известия; но во всяком случае они были настолько тяжелы, что от них можно было умереть, как от удара ножом в сердце.

Из сейчас сделанной нами общей характеристики состояния Греческой церкви от падения Константинополя до нашего времени открывается, что в сущности история указанного периода не заслуживает серьезного научного изучения. Нельзя изучить все исторические явления; если бы наука взялась за это, то она только запуталась бы. Не в лучшем положении очутится иностранный ученый, изучающий историю Греческой церкви новейших времен и в том случае, если он обратится за необходимыми уроками к современным греческим ученым, даже известнейшим между ними.

Помощь их будет очень сомнительна, а иногда не будет оправдывать и самых скромных надежд. Оказывается, что и современные греческие ученые, долг которых хорошо и обстоятельно знать свою родную историю — и в этом отношении помогать своими советами ученым не греческой национальности, — в своих познаниях не стоят на высоте призвания. Для примера остановимся на одном очень известном современном греческом историке, имя которого на устах у каждого занимающегося греческой историей, историке, несомненно оказавшем большие услуги по части изучения этой последней, к трудам которого и мы сами очень часто будем прибегать в дальнейших наших речах; говорим об афинском ученом, кажется, еще и теперь здравствующем, — Константине Сафе.

Как ни ценны для изучения греческой истории разные издания и ученые труды Константина Сафы, однако же, требуется большая осторожность, чтобы избежать тех поразительных ошибок и заблуждений, в какие нередко впадает новогреческий ученый в своих трудах. Еще тяжелее погрешает Сафа, когда делает ученые разъяснения о лицах, давно умерших, но замечательных в истории Греческой церкви: Представим несколько любопытных образчиков блужданий авторитетного греческого ученого в его исследованиях.

Как назвать такого ученого? Еще другой, не менее любопытный пример ученых кривотолков Сафы. Все ошибки Сафы произошли от феноменальной его беспамятности. Сафа, очень правильно рассказывал всю историю открытия и издания Мелетиева сочинения. Здесь говорится, что рукопись Мелетия действительно была открыта в Святогробской библиотеке в Константинополе, но открыта она спустя 60 лет по смерти митрополита Афинского и спустя 35 лет по смерти Хрисанфа.

Значит, посылать свою рукопись к Хрисанфу Мелетий не мог, ибо оба они были в это время в мире загробном. Да и вообще по открытии рукописи она совсем никуда не посылалась и надолго оставалась в Константинополе. Дальнейшая ее судьба тоже хорошо известна. Научным чутьем историка и критика К. Сафа обладает в самой незначительной степени. Греческой церкви и написанную современником, Сергием Макреем, Сафа чувствует большое упоение от доставшегося ему счастья издать этот памятник.

Впрочем, подробнее о Макрее будем говорить в своем месте. Рассуждая так о старинных греческих историках, и в особенности о новейшем и знаменитом греческом ученом Константине Сафе, мы, однако же, вовсе не хотим осуждать и порицать их труды, во многом полезные.

Мы сделали несколько критических заметок о вышеуказанных писателях с другой целью. Если, как мы старались показать, старинные греческие церковно-исторические труды, судя по некоторым признакам, не обладают должным авторитетом в глазах иностранца, пишущего по истории Греческой церкви, и если Сафа так часто обманывает надежды этого последнего, то можно ли признать благоприятным положение не греческого ученого, исследующего чуждую ему историческую среду?

Нет, его положение очень затруднительно. Какая неприятная перспектива открывается для него: Сколько ошибок можно сделать совершенно невольно, полагаясь, например, на авторитет Сафы!

И русская литература своим горьким опытом уже на самом деле доказала — и не раз, — как опасно полагаться на слова знаменитого афинского историка.

Представим себе такой случай: Не было ли бы подобное требование слишком притязательным? Поэтому, указывая на неизвинительные ошибки Сафы, мы только и хотим заявить о трудностях принимаемого нами на себя дела. Наша речь о Сафе должна быть рассматриваема как captatio benevolentiae выражение доброй воли. Что наши очерки не будут свободны от ошибок — это несомненно; но нужно брать во внимание условия, при каких возникал самый труд Еще более ошибок предстоит нам наделать по истории Турции.

Писать о положении греков в Турции, не имея основательных руководств по политической и религиозной истории турок, нелегко и сопряжено с опасностями.

История античной литературы. Учебник И. М. Тронский

Греции, и это являлось уже одним из признаков. Жрецы важнейшего святилища греков, храма Аполлона в Дельфах. Языком гомеровского поэта пишет и древнейший известный нам поэт. Время жизни Гесиода поддается лишь приблизительному определению: Он является, таким образом, младшим. Но в то время как вопрос об.

Гесиод — первая ясно выраженная. Он сам называет свое имя и сообщает о. Отец Гесиода покинул из- за. Тягостной летом, зимою плохой, никогда не приятной. Беотия принадлежала к числу сравнительно отсталых земледельческих. Греции с большим количеством мелких крестьянских хозяйств, со. В эту отсталую область уже. Сам Гесиод был мелким. Гесиод выступает как поэт крестьянского труда.

От Гесиода сохранились две поэмы: Музы, обитательницы Геликона, проходили в ночной пляске и пели. Песням прекрасным своим обучили они Гесиода. В те времена, как овец под священным он пас Геликоном. Прежде всего обратились ко мне со словами такими. Дщери великого Зевса — царя, олимпийские Музы.

Эй, пастухи полевые, — несчастные, брюхо сплошное! Много умеем мы лжи рассказать за чистейшую правду. Александринизм в римской поэзии. Серебряный век римской литературы 1. Римское общество и культура I в. Третий — шестой века нашей эры. Предметом курса античной литературы является литература грекоримского рабовладельческого общества. Этим определяются хронологические и территориальные рамки, отделяющие античную литературу от художественного творчества доклассового общества, с одной стороны, от литературы Средних веков, — с другой, а также от прочих литератур древнего мира, каковыми являются литературы древнего Востока.

Действительно, греко-римская цивилизация является древнейшей цивилизацией Европы, но развилась она значительно позже, чем цивилизация Востока. Это же соотношение имеет место и в области литературы: Античная литература, литература древних греков и римлян, также представляет собою специфическое единство, образуя особую ступень в.

При этом римская литература начала развиваться значительно позже греческой. Она не только чрезвычайно близка к греческой литературе по своему типу это вполне естественно, поскольку однотипными были и те два общества, которые породили эти литературы , но и связана с нею преемственно, создавалась на ее основе, используя ее опыт и ее достижения.

Греческая литература — древнейшая из литератур Европы и единственная развивавшаяся вполне самостоятельно, не опираясь непосредственно на опыт других литератур. С более древними литературами Востока греки стали ближе знакомы лишь тогда, когда расцвет их собственной литературы лежал уже далеко позади. А по своему богатству и разнообразию, по своей художественной значительности она далеко опередила восточные литературы.

В греческой и родственной ей римской литературе уже имелись налицо почти все европейские жанры; большая часть их и поныне сохранила свои античные, главным образом греческие названия: Стремление к полному и всестороннему развитию человеческой природы, уважение к индивидуальности, живой интерес к реальному миру — существеннейшие моменты этого идеологического движения, освобождавшего мысли и чувства от церковной опеки.

В античной культуре гуманисты находили идеологические формулы для своих исканий и идеалов, свободу мысли и независимость морали, людей с резко выраженной индивидуальностью и художественные образы для ее воплощения. Зародившись в Италии в XIV в. Представители классицизма обращали преимущественное внимание уже не на те стороны античной литературы, которые были близки по духу эпохе Возрождения. При этом классицизм, как и Ренессанс, опирался главным образом на позднегреческую и римскую литературу.

Произведения более ранних периодов греческой литературы, например гомеровские поэмы. Наибольшего расцвета классицизм достиг во французской литературе XVII в. Эти большие эпопеи с развитым искусством-повествования, с установившимися уже приемами эпического стиля должны рассматриваться как результат длительного развития, предшествующие стадии которого не оставили письменных следов и, быть может, вообще еще не находили письменного закрепления.

Об этом времени ходили только рассказы мифологического характера: С этой целью античное литературоведение привлекает, помимо тех сведений, которые можно почерпнуть непосредственно из греческой письменности, также и материал, доставляемый другими, смежными научными дисциплинами.

Характер словесного творчества, свойственного более ранним стадиям доклассового общества, хорошо известен по этнографическим наблюдениям над первобытными народами и по пережиткам этого творчества в фольклоре цивилизованных народов.

От греческого фольклора сохранилось очень немного текстов и притом в. Этнографические данные были мастерски использованы Марксом и Энгельсом для освещения ранних периодов античной истории. Одна из важнейших особенностей первобытной поэзии состоит в том, что это — поэзия коллектива, из которого личность еще не выделилась; основным содержанием ее служат поэтому чувства и представления коллектива, а не отдельной личности.

Другая особенность — характерный для древнейшей поэзии синкретизм термин Веселовского , т. На этих более ранних ступенях стиховое слово выступает не самостоятельно, а в сочетании с пением и с ритмическими телодвижениями.

Ритм трудовых операций сопровождается музыкальным словом, песней в такт производственному процессу. Рабочая песенка трудового коллектива, занятого в порядке простой кооперации выполнением одного и того же трудового действия, представляет собой один из наиболее простых видов песенного творчества. Античные источники сообщают о песнях, исполнявшихся при жатве, выжимании винограда, размалывании зерна, печении хлеба, при пряже и тканье, черпанье воды, гребле. Дошедшие до нас тексты относятся уже м сравнительно позднему времени.

О эйя, эйя, эйя все! Сохранился и подлинный образец рабочей песенки, песня мукомолок, сложенная в начале VI в. Песня сопровождает и ту обрядовую игру, которая совершается перед каждым важным актом в жизни первобытного коллектива. Зависимость человека этого времени от непонятных для него природных и общественных сил, его бессилие перед ними находили свое выражение в фантастических, мифологических представлениях о природе и о способах воздействия на нее ср ниже, стр.

Охотничьи коллективы перед отправлением на охоту, рыбную ловлю, войну и т. Земледельческие племена создают сложную систему обрядов, чтобы обеспечить урожай. Материалом для игрового воспроизведения служат при этом и мифологические представления, связанные с изображаемым процессом: Обрядовая игра воспроизводит в этом случае природный процесс, смену времен года, но воспроизводит его в мифологическом осмыслении, как борьбу двух враждебных сил, представляющихся самостоятельными существами.

Смерть и воскресение бога плодородия играют огромную роль в религии многих древних средиземноморских народов — египтян, вавилонян, греков. Обрядовая игра сопровождается песней, и песня имеет при этом то же значение, что и обрядовая пляска, рассматривается как средство воздействия на природу, как помощь тому процессу, ради которого совершается обряд. Поскольку в обряде принимает участие община в составе своих различных групп, обрядовая песня, как и трудовая, исполняется коллективно, хором.

Хор по своему составу отражает при этом половозрастное расслоение первобытного общества; так, греческий обрядовый хор состоит обычно из лиц одного пола и одинакового возрастного деления; хоры девушек, женщин, мальчиков, мужей, старцев и т.

На спартанских праздниках плясали три хора. Мы были молодцами прежде сильными. А мы гораздо крепче станем в будущем. Некоторые из сохранившихся образцов обрядовых песен связаны с земледельческим календарем. Характер весенних поисков первых цветов имеет, по-видимому, пляска, исполнявшаяся, вероятно, двумя хорами:. Где же розы, где же фиалки, где же красавица петрушка? Вот где розы, вот где фиалки, вот где красавица петрушка.

Разгульный характер имели весенние празднества плодородия.

К истории казанских монастырей до 1764 года И. Покровский

Главной святыней монастыря была почитаемая икона Феодоровской Божией Матери, список с чудотворного образа, находящегося в Костроме и икона св.

По традиции каждое лето 20 июля в Феодоровский монастырь совершался крестный ход из кафедрального Благовещенского собора с иконами Казанской Божией Матери и Смоленской Богородицы из Седмиозерной пустыни.

В году в Феодоровском монастыре для славяно-латинской школы было построено специальное здание по другим данным эта школа находилась в Архиеереском доме в Казанском кремле. К концу XIX века Троицкий храм был окружен небольшими, по большей части деревянными строениями: Вокруг храма также располагались три деревянных одноэтажных флигеля с кельями и больницей, деревянное здание просфорни и деревянный двухэтажный дом для помещения настоятельницы и сестер В году монастырь был преобразован в женский.

В ограде монастыря находилось здание Епархиального свечного завода. Все свободное пространство в ограде занимал монастырский сад. Монастырский сторож Мустафа Юнусов оказал Пешкову помощь, благодаря чему будущий советский писатель Максим Горький выжил. В возрасте 20 лет она поступила в Казанский Богородицкий монастырь, где несла послушания на свечном заводе, а через 3 года была переведена в иконописную мастерскую, которой впоследствии стала руководить.

Через 21 год, в году, она была пострижена в монашество. В году переведена в Троице-Феодоровский монастырь, где несла послушание в должности казначея и впоследствии настоятельницы Феодоровского монастыря.

До революции монастырю принадлежали: Займищ общей площадью 36 дес. После переворота года монастырям ещё некоторое время удавалось существовать в виде трудовых общин. Троице-Феодоровский монастырь с 6 марта года также стал именоваться женской трудовой общиной, на попечении которой был оставлен монастырский комплекс. Несмотря на гонения, к году численность общины выросла до 67 человек, продолжало увеличиваться число прихожан, составив в году по данным ТЦИК человека; в монастыре продолжали проводить богослужения священник Аркадий Владимирович Преображенский и псаломщик в сане диакона Михаил Федорович Петкевич.

Формальный повод для расторжения договора с монастырской общиной был вскоре найден: Несмотря на протесты общины, указывавшей, что крохотный храм не подойдет для детсада, ТЦИК удовлетворил решение, позволив лишь передать некоторые иконы чудотворную Феодоровскую икону Божией Матери и копию с неё и чтимый образ вмч.

Феодора Стратилата, иконы Св. Убедившись на практике, что небольшой храм 5 на 5 саженей не подходит под детсад, церковь постановили разобрать, однако после протеста Музейного отдела, разрушение памятника XVII века приостановили. В уцелевшие строения монастыря пытались приспособить под общежитие студентов Медфармполитехникума, однако из-за ветхости остатки монастырского комплекса городские власти приняли решили все строения снести окончательно.

Библиография — Содержание статьи: Обозрение би6лиографии по государствам и национальностям. Воскресенский Новоиерусалимский монастырь Казань — Эту статью следует викифицировать. Спасо-Преображенский монастырь Казань — У этого термина существуют и другие значения, см.

В качестве синонима Ж. Женское образование — I И в древней Греции, и в средние века, особенно в эпоху Возрождения, отдельные женщины выделялись своими знаниями; но лишь гораздо позже стал занимать мыслителей общий вопрос о воспитании и образовании женщин. Фактически они обучались издавна. Начальное народное образование — I Содержание: Начальное народное образование вообще.

Начальное народное образование за границей: Мы используем куки для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать данный сайт, вы соглашаетесь с этим. Другие книги схожей тематики:

Культурогенез в дискурсе теории и истории культуры Валентина Лях

В настоящей книге представлено систематическое изложение основ теории надежности. Рассматривается формализованный подход к определению основных понятий теории..

Научная и техническая литература. Культурогенез в дискурсе теории и истории культуры. Перед покупкой вы сможете уточнить цену и наличие на сайте продавца. Вы так же сможете использовать различные варианты оплаты товара, наиболее удобные для Вас. Информацию о способах оплаты и доставки Вы сможете узнать на странице магазина, после того, как перейдете по ссылке Купить Культурогенез в дискурсе теории и истории культуры.

Описание товара В научном издании изучаются основные положения культурогенеза в контексте пространственно-временной па норамы современного общества. Проблема изучения генезиса культуры и на сегодняшний день остается недостаточно изученной.

Культурогенез как процесс формирования и развития культуры фиксирует ее различные состояния и формы в разные периоды времени. Формы превращения природных явлений в культурные предметы приставляются, как научные модели и теории, а затем художественные образы природы. Происходят изменения формы натуры человека в культуру, на этот процесс оказывает влияние педагогическая деятельность, которая включает в себя: Культурогенез выполняет ряд функций: Социальная функция является универсальной и очень важной в развитии культурогенеза, она стимулирует накопление социального опыта человека и общества в целом, мотивирует взаимодействие людей, которые стремятся удовольтворять свои потребности.

В современной науке сложилась собственная методология изучения культрогенеза. В социально антропологическом направлении культура понималась как одна из функций социума. Впоследствии сложился подход, основанный на традициях как культурной, так и социальной антропологии. Как методологический инструментарий изучения культурогенеза выступали концепции культуры, культурной динамики, изучения отдельных культурных черт, общей универсальной эволюции, мультилинейной и специфической эволюции, типологии и интерпретации культуры в трудах Д.

Среди исследовательских культурологических подходов и методов выделяются: Это - философская герменевтика Г. Гадамер , философия культуры Й. Хейзинг , философия символических форм Э. Кассирер , архетипы коллективного бессознательного К.

Юнг , философия языка Ж. Лакан , концепция символического интеракционизма Дж. Он считает, что вся история культуры представляет собой процесс постоянного самовозобновления, то есть генезиса.

Поскольку культура всякого общества не только единожды рождается, но и в последующем, покуда это общество существует как устойчивая социальная целостность, непрерывно воспроизводится, культурогенез в наиболее расширительном смысле слова тождествен истории культуры. Культурогенез отражает качественное состояние культуры, процесс формирования её основных характеристик. Его очередной этап начинается тогда, когда у какой-либо группы людей, оказавшейся на одном культурном пространстве, появляется необходимость в своей особой жизнедеятельности, наиболее адаптированной к конкретным условиям места и времени, по содержанию и формам отличающихся от других такого же рода совокупностей форм бытия, сложившихся у других групп людей в другое время и на другой территории.

Заканчивается этот очередной этап культурогенеза тогда, когда эта новая совокупность норм и стандартов деятельности институализируется в данном обществе уже в виде более или менее сбалансированной и отрегулированной системы, что проявляется в нравах и обычаях или выражается в кодифицированных сводах норм, правил, законов и т.

Флиер выделяет морфогенез, этногенез, социогенез, формогенез. Все вышеперечисленные характеристики культурогенеза взаимодействуют между собой, находясь в иерархическом соподчинении. Флиер пишет, что формирование культурогенеза связано с его историей, смысл которой заключается в эволюции институализированных форм человеческой деятельности, то есть в общественно приемлемых нормах и стандартах коллективного бытия [21; ,].

Итак, истоки культуры давно и устойчиво находятся в пространстве познавательного интереса широкого круга наук. Культурогенез по своей сущности категория ценностная. Это - феномен, рождённый незавершённостью, открытостью человеческой природы, развёртыванием творческой деятельности человека, направленной на поиск сакрального смысла бытия [23; с. Его истоки берут начало в далёкой древности, несколько сотен тысячелетий назад.

Процесс этот постоянен и непрерывен. Начало формированию вышеназванного концепта было положено ещё в период возникновения человека. Так, немецкий историк культуры прошлого века Р. Культура начиналась с тех пор, как человек сделался человеком [24; 78]. Особенностью культуры первобытного общества был её антропосоцио культурогенез, который заключает в себе нерасчленённость трёх форм бытия: Синкретизм как основной признак этой социокультурной системы проявлялся и далее на всех уровнях культуры и во всех её разрезах.

Синкретичным было и художественное творчество, в генезис которого вошли четыре основных вида деятельности: Характеризуя культурогенез в его начальной стадии, нужно подчеркнуть нерасчленённо-целостное мышление первобытного человека, которое связывает, а не разделяет, отождествляет, а не противопоставляет, даёт волю фантазии, превосходящей во всех сферах его деятельности силы.

Всеобщность функции культуры заключается в нормированности и стандартизированности любых общественно-приемлемых технологий и продуктов деятельности человека и общества в целом. Значит, процесс происхождения, становления норм и стандартов деятельности, который включает обязательно элемент адаптивной и творческой новации, без которого, как известно, нет развития вообще, можно назвать феноменом культурогенеза в его наиболее общем понимании.

Исследование этого концепта осуществляется на нескольких уровнях: Многообразие подходов в его изучении объясняется тем, что оно выражает глубину и неизмеримость человеческого бытия. Культурогенез входит в состав различных гуманитарных знаний, в недрах которых и зародилось научное представление о нём.

Культурогенез, как исторически развивающийся, сложный и многогранный концепт, как способ освоения действительности, создания ценностей, реализации творческого потенциала человека в сфере материального и духовного производства представляет не просто сумму предметов и вещей, а процесс раскрытия способностей и дарований человека.

С помощью культуры человек совершенствует свой образ жизни [26; ]. Это - процесс происхождения, становления норм и стандартов существования человека, а также компонент адаптивной и творческой новации, без которого невозможно развитие общества. В культурогенезе, как в органе самоконституацирования человечества, речь идёт о том, чтобы найти высшее начало, в котором природа и социум оказались бы соразмерными обрести ту универсальную меру, которая не нарушила бы собственную меру каждой из конфликтующих сторон [28].

Культурогенез - компонент жизнедеятельности человека. Сущность, направленность, уровень и темпы развития культурогенеза детерминированы характером общественного строя. Он выполняет важнейшую социальную функцию - способствует поступательному развитию общества. Это - не только результат, но и сам процесс создания материальных и духовных ценностей.

Культурогенез создаёт условия для одновременного общения людей различных культур, их диалога и взаимопроникновения. В процессе эволюции культурогенеза обогащается его содержание, усиливается внимание к его внутреннему устройству, в которое входят условнорефлекторные и приобретённые обучением виды деятельности и произведённый ими продукт.

В структуру культурогенеза входят: Интересной и полезной для исследования культурогенеза стала классификация культуры Б. Малиновского, который выделяет три её измерения, тесно связанные одно с другим, - артефакты, организованные группы людей и символизм [30; с.

Культурогенез включает виды деятельности, позиции и объекты, которые организованы вокруг важных и жизненно необходимых задач в обществе. Его можно анализировать как процесс формирования образования, социального устройства, экономики, системы знаний, верований и морали, способов художественной деятельности. Сущность культурогенеза можно определить только с позиции философского подхода, как способ деятельности человека и как результат этой деятельности.

Деятельность мышления, реализация его цели сосредоточены на том, чтобы посредством логической переработки или изменения форм предметов и отношений внешнего мира дать новую реальность, очеловеченную действительность. Современный отечественный философ и культуролог М. Каган пришёл к выводу, что в культуре происходит нечто, подобное теоретическому исследованию человека и искусства:. Всё, что есть в человеке, как человеке, предстаёт в виде культуры, и она оказывается столь же разносторонне-богатой и противоречиво-дополнительностной, как сам человек - творец культуры и её главное творение.

Но в отличие от человека и от искусства, культура многоэлементна и разнородна по своему составу, что даёт право редуцирования её разными науками и использования её характеристики и при анализе культурогенеза [32; с.

Вторая спираль - человеческое общение, которое развивается как в синхронии - в социокультурном пространстве, так и в диахронии - в социокультурном времени. Культура передаётся от человека к человеку, охватывая общением в процессе совместной деятельности самостоятельные формы связи личностей, поколений, культур.

Содержание этой спирали -движение от человека к другому человеку как к партнёру, как к равному себе субъекту, с которым делишься тем, что имеешь, и тем самым обогащаешь его, обогащаясь при этом сам. Третья спираль образуется движением художественного освоения жизни. Это связывает творчество одного человека с творчеством других людей, соединяет личность с личностью, поколение с поколением, народ с другими народами, человека с человеком как субъектов, творящих культуру и творимых ею.

Такое трёхслойное понимание культуры и трактовка каждого слоя как спиралеобразного движения помогает накапливать новые ценности, знания, представления, опыт; реализует связь человека с человеком в тех её формах, которые можно считать необходимыми и достаточными для целостного бытия человека как культурного существа и целостного бытия культуры как очеловеченного мира [33; с. Эту трактовку культуры мы взяли за первооснову в исследовании культурогенеза, т.

Таким образом, культурогенез анализируется с разных точек зрения: На основе вышеизложенного мы даём следующее определение культурогенеза: Культурогенез формируется двумя путями: Как концепт теории и истории культуры, культурогенез представляет собой фундаментальное, субстанциальное, субстратное образование, помогающее обозначить основные закономерности, явления, процессы, происходящие в культуре [34; с.

К сожалению, теория культуры пока не имеет целостного категориального аппарата, поэтому его формирование происходит, в основном, путём заимствования из философии, социологии, психологии, истории и других научных знаний, по мере необходимости модернизируемых в соответствии с аналитическими проблемами культуры.

Этим объясняется тесное взаимодействие теории культуры с гуманитарными науками. Культурогенез формируется на категориях философии духовности, гуманности, просвещённости, креативности, творческой ориентированности и других ; антропологии, характеризующих культурогенез как микро- и макропроцесс эволюция, прогресс, универсалии, адаптация и др. Как процесс формирования культуры, культурогенез фиксирует её состояние, модели в разные временные периоды, культурно-историческую типологию, тип цивилизации, этничность, самобытность, цикличность, фазы существования, включающие её расцвет, надлом, закат и другие.

Его рассматривают как исток культуры, генезис адаптивных и творческих инноваций в виде технологии и инструментария деятельности, знаний, символов, способов обмена информацией, форм организации и регуляции. Это понятие включает в своё содержание процесс распространения культурных ценностей, включающий социальную интеграцию, расширение территории, на которую распространяются культурные системы, а также увеличение числа субъектов, вовлечённых в него.

Благодаря культурогенезу происходит социокультурное коммуницирование между людьми, посредством которого осуществляется трансляция информации, регулируется порядок её обработки и сохранения. Культурогенез, как категория теории культуры, фиксирует изменчивость культурных явлений, их трансформацию, эволюцию или, наоборот, деградацию. Она имеет самостоятельное исследовательское поле и нуждается в конкретизации, обосновании и изучении.

С нашей точки зрения, этот концепт разработан ещё недостаточно, хотя к её исследованию обращались как отечественные, так и зарубежные учёные. Особенность исследуемого концепта - наличие постоянной адаптивной и творческой новации при нормированности и стандартизированности использования форм, норм, продуктов культурной деятельности человека. Важными компонентами исследуемого концепта являются дифференциация и интеграция.

Подтверждением этому стали исследования Г. Спенсера - английского философа-позитивиста. Он считал, что развитие начинается с количественного роста - увеличения объёма и числа составляющих элементов культуры. Количественный рост ведёт к функциональной и структурной дифференциации целого. Эти структурные части становятся всё более непохожими, начинают выполнять специализированные функции и требуют некоего механизма согласованности в виде различных культурных установлений.

Развитие культур идёт в направлении их интеграции, объединения в некую целостность [35; с. Идеи этого учёного оказали огромное влияние на развитие и анализ европейской культуры конца XIX - начала ХХ века. Культурогенез формируется и под воздействием этносов. Исследуя проблему взаимодействия общества и природы, роль этноса и этнических систем, а также специфику связи истории этносов и истории культуры, можно прийти к выводу, что нация народ является организмом, жизнь которого подчинена общим законам биосферы [36].

Фазы этногенеза, как важнейшего компонента исследуемой категории, складываются путём интерпретации исторических событий на культурном пространстве региона и формирования всё новых и новых этнических общностей.

На этом построена и культурноцивилизационная проекция биосферной концепции. Важнейшими категориями теории культуры, участвующими в культурогенезе, выступают традиции, культурное наследие и духовный опыт народа, которые формируют духовный мир, образ жизни и мировоззрение человека.

Мы согласны с Э. Маркаряном, который считает, что эффективное решение проблемы генезиса культуры невозможно без целостного осмысления явления культурной традиции, так как именно в ней выражается характерный для общественной жизни механизм аккумуляции и передачи социально-исторического жизненного опыта людей [37; с. Осмысление символических форм культурных явлений, разработанных Э. Шпенглером, исследование проблемы соотношения традиций и инноваций как основы культурноисторической периодизации, использование системно-функционального анализа при исследовании категорий философского знания помогают понять принципы и стадии формирования культурогенеза, разобраться в сложной проблеме образования культурного пространства исследуемого региона и методике его изучения, исследовании теоретического,.

Генезис культуры исследуется в рамках генезиса общественной жизни в двух аспектах: Маркарян, учитывая выделение культуры как специфического класса явлений, предложил выделить и аспект культурогенетический.

Ученый считает, что антропологический аспект изучает проблему формирования человека, социогенетический - становление форм взаимоотношений наших далёких предков, а культурогенетический - вырабатывает присущий людям качественно особый способ деятельности в целом.

Оно по существу подводит нас к проблеме генезиса культуры, так как означает адаптивный переход от животного состояния к человеческому. Таким образом, культурогенез как проблема теории и истории культуры в своём развитии соотносит две стороны: Но исходным, определяющим звеном, которое повлекло за собой всю структурную цепь трансформаций при выработке определённого социокультурного типа общества, всё же является сфера материального производства.

А теория и история культуры накопила определённый материал для осмысления проблемы формирования культурогенеза как её концепта.

История крестовых походов в документах и материалах М.А. Заборов

Ею охватывается обширный исторический материал, знание которого позволяет глубже разобраться во многих существенных проблемах курса, имеющих принципиальное методологическое, общетеоретическое значение. Осмысление данной темы студентом-историком составляет одну из необходимых предпосылок для правильного понимания всей средневековой истории также и потому, что эти войны, ведшиеся, главным образом, рыцарством, которое воодушевлялось церковными лозунгами, — явление, чрезвычайно характерное для эпохи средневековья, отмеченной господством религиозного мировоззрения.

Сложная и своеобразная картина социальных и социально-политических отношений в феодальном обществе Запада и Востока раскрывается при изучении крестовых походов с большой полнотой, поскольку события и факты, образующие их историю, обрисованы не только в источниках западного происхождения латинские хроники, папская переписка и пр. Пособие распадается на две неравные части. В первой, вводной, кратко излагаются сведения об основных источниках по истории крестовых походов, дается классификация этих источников и анализируется идейное содержание латинских хроник — главной категории наших источников; вместе с тем здесь характеризуются арабские, армянские, греческие и русские летописные и другие повествования о крестоносных войнах западного рыцарства на Востоке.

Вторая часть книги включает фрагменты источников — хроник, дневников и писем участников и современников крестовых походов, их путевых записок и воспоминаний. Если назначение материала вводной части — познакомить студента с элементами источниковедения истории крестовых походов, то цель второй части книги — служить собственно пособием для проведения практических семинарских занятий. Из-за ограниченности объема книги в ней приводятся лишь тексты, рисующие те или иные эпизоды истории Первого крестового похода, социально-политического строя Иерусалимского королевства и истории Четвертого крестового похода.

Именно эти сюжеты находятся обычно в центре внимания изучающих данную тему. Подбор материалов определялся и двумя немаловажными дополнительными мотивами: Тот или иной комплекс фактов освещается в них с разных сторон, с разных позиций, в разное время, на основе различных источников информации, находившихся в распоряжении составителей хроник, мемуаров, записок и пр.

Переводы латинских и старофранцузских фрагментов выполнены автором книги по наиболее авторитетным изданиям источников; в отдельных случаях использованы прежние переводы, которые выверены и исправлены по оригиналам. Слуцкой, сделанном ею для полного издания этого памятника, которое осуществил Я. Любарский в г. Салье, соответствующие отрывки впервые перевела на русский язык для настоящего пособия доктор филологических наук Б.

Имена и названия произведений арабских и армянских историков в ссылках на источники приводятся большей частью в русском переводе и в русской транскрипции. И хотя только часть этих сочинений непосредственно посвящена теме, в каждом из них — и излагающих всемирную историю, как ее тогда понимали, и историю отдельных стран, городов, местностей, монастырей, церквей — крестоносным сюжетам отводится значительное место.

Вообще говоря, нет ни одной хроники или анналов этого времени, в которых не упоминались бы крестовые походы. Мы будем говорить лишь о произведениях, повествующих преимущественно о самих походах.

Самым подробным образом он описан в произведениях, созданных участниками событий — гг. Ее автор — безвестный итало-норманнский рыцарь. Судя по его рассказу, он воевал сперва в отряде князя Боэмунда Тарентского, а начиная с лета г. Сочинение этого рыцаря обычно его называют просто Анонимом охватывает историю похода со времени выступления отряда Боэмунда Тарентского и до битвы с египтянами при Аскалоне 12 августа г.

Он рассказывает об этом эпизоде как о хитроумном обмане, подстроенном неким монахом. Собственно говоря, лишь из сочинений арабских историков, в том числе и Ибн ал-Асира, мы в состоянии составить себе более или менее верное представление о действительных причинах неожиданного перелома в ходе борьбы за Антиохию в июне г.

По мнению латинских авторов, крестоносцы были обязаны своей победе над мосульским атабегом Кербогой, блокировавшим их в Антиохии, чуду: Иначе объясняют причины разгрома мусульманской армии, почти три недели осаждавшей крестоносцев в Антиохии, арабские историки.

Ибн ал-Асир подробно рассказывает о распрях, происходивших в лагере Кербоги, под знаменем которого собралось разнокалиберное войско князьков Северной Сирии.

Еще более конкретное представление о положении дел в мусульманском лагере во время осады Антиохии Кербогой дает Кемаль ад-Дин из Халеба — младший современник Ибн ал-Асира. В своей хронике Кемаль ад-Дин детально повествует о том, как в дни борьбы с франками, окруженными в Антиохии, к Кербоге явились посланцы от султана Рудвана Халебского. Таким образом, арабские историки раскрывают вообще неизвестные западным авторам реальные обстоятельства, обеспечившие победу франков: При попытках выяснить степень достоверности изображения отдельных фактов крестовых походов в современной им литературе подобные сопоставления весьма поучительны: Достоинства сочинений арабских, сирийских, греческих авторов в сравнении с латинскими приходится констатировать и тогда, когда мы обратимся от отдельных фактов и событий к сюжетам более или менее широкого плана.

Так, историк, который попытается, например, разобраться в социально-экономических отношениях, сложившихся в государствах крестоносцев, и попробует при этом воспользоваться материалами хроник Фульхерия Шартрского или Альберта Аахенского, Гийома Тирского или Жака Витрийского, столкнется с одной поразительной на первый взгляд особенностью их повествований.

Уделяя очень много места событиям военно-политической, дипломатической, церковной, матримониальной истории Латино-Иерусалимского королевства, они сравнительно скудно освещают явления, характеризующие повседневную экономическую жизнь и социальный строй франкского Востока. Лишь изредка мы встретим скупые сообщения о том, скажем, как в г.

Фульхерий Шартрский и Гийом Тирский упоминают, к примеру, что в г. У Жака де Витри бегло отмечается, что местные жители передавали в стан противника этих феодалов сведения, касавшиеся военных секретов. Однако латинские хронисты предпочитали распространяться на иные темы: Известия о той напряженной атмосфере, которая царила во франкских государствах, раздиравшихся острыми социальными противоречиями, имеют весьма отрывочный характер и приводятся крайне редко.

Тот, кто заинтересуется этим кругом вопросов, должен будет принимать в расчет даже самые скромные, единичные намеки, рассеянные в летописях названных и других писателей XII—XIII вв. Таково, например, характерное по своему озлобленному тону признание Гийома Тирского, что сирийцы были для франков опаснее чумы букв.: Факты, раскрывающие экономические и социальные последствия крестовых походов для коренного населения ближневосточных стран, со значительно большими полнотой и вниманием, гораздо детальнее и обстоятельнее описывали арабские, сирийские, греческие и другие восточные авторы.

Им, собственно говоря, нечего было утаивать от своего читателя. По наблюдательности и знанию действительного положения вещей они не уступали латинским летописцам, а подчас и превосходили их. Отношение к франкам делало историческое зрение этих писателей более острым, открывая им такие стороны жизни франкского Востока, которых западные летописцы едва касались, либо не видя их, либо — чаще — не желая замечать или, во всяком случае, не считая нужным сообщать о них читателю.

Действительно, только у арабского путешественника конца XII в. Ибн Джубайра мы найдем, например, описание тех тяжких налогов от одной трети до половины урожая зерна, половина сбора винограда, поголовный налог в один динар и пять киратов , которые сельское население повсюду обязано было выплачивать новым господам: Писатель прожил богатую событиями жизнь.

Занимая видное положение при дворах сирийских и египетских правителей, много путешествуя, непосредственно участвуя в исторических делах своего времени — посольствах, войнах и т. Едва ли в каком-нибудь другом сочинении того времени можно обнаружить такое обилие конкретных сведений по социальной истории эпохи владычества крестоносцев в Сирии и Палестине. В красочных, выразительных и вместе с тем очень реалистичных рассказах Усамы ибн Мункыза, полных запоминающихся, чисто будничных деталей, содержатся ценнейшие данные об общественно-политических порядках, положении и взаимоотношениях различных слоев населения в государствах франков.

Примеров того, сколь острыми были социальные противоречия и многообразными столкновения угнетенных и угнетателей во франкских государствах, в сочинении Усамы ибн Мункыза едва ли не больше, чем во всех латинских хрониках, вместе взятых. Особое положение среди повествовательных источников по истории крестовых походов занимают памятники древнерусской литературы XII—XIII вв. Рассказы русских авторов по характеру своему отличаются и от проникнутых апологетикой творений западных монахов и сеньоров, и от сообщений восточных и византийских историков, окрашенных неприязнью к крестоносцам.

Киевская Русь никогда не участвовала в крестовых походах на Ближний Восток. Русские феодалы в массе своей едва ли могли испытывать желание принимать участие в крестовых походах уже потому хотя бы, что то были папские предприятия. И, что еще более важно, уже в конце XI в. Позднее, с XII в. В начале XIII в. Он создается по образцу организованных в Палестине после Первого и Третьего противомусульманских крестовых походов рыцарских сообществ.

Большую активность проявляло папство и по отношению к Юго-Западной, Галицко-Волынской Руси, не останавливаясь при этом даже перед тем, чтобы использовать в своих интересах степняков-половцев. Широкая теократическая программа папства, осуществлявшаяся с помощью оружия крестоносцев, включала в сферу притязаний Рима и Византию, а Русь связывали с ней тесные церковно-политические узы и культурные контакты.

Весьма значительным было число русских паломников в Иерусалим. Сказанным определяется и специфика русских летописных известий о событиях крестовых походов. Они сравнительно редки и в большинстве своем фрагментарны. Иногда это — лишь мельком, попутно брошенная фраза, в которой, однако, явственно виден широкий кругозор историка.

Он упоминает о переходе Иерусалима к христианам, передавая под г. Излагая этот спор, Нестор вкладывает в уста хазарских евреев, которые отвечают на уточняющий вопрос киевского князя о судьбе Иерусалима, такие слова: В этой последней части фразы многие исследователи усматривали намек на взятие Иерусалима крестоносцами в г. Если летописец действительно имел в виду захват Иерусалима крестоносцами в г.

Точно так же обстоит дело и с некоторыми другими разрозненными летописными сообщениями относительно крестовых походов. У большинства русских современников не встречается выдержанных в сколько-нибудь широком хронологическом масштабе описаний какой-либо из крестоносных войн.

В этом и нет чего-либо удивительного: Даже относительно обстоятельные повествования касаются только некоторых эпизодов крестовых походов, свидетелями которых доводилось быть немногим выходцам из Руси. Зато эти сочинения как источник сведений представляют собой поистине первоклассный материал, вносящий принципиальные поправки, уточнения и дополнения к сообщениям латинско-католических историков, а подчас даже меняющий всю картину событий.

К таким произведениям относятся два литературных памятника: Несмотря на то что каждый из этих памятников содержит лишь отрывочные эпизоды крестоносных войн на Востоке, эти описания обладают большими преимуществами перед многими другими.

Правда, то обстоятельство, что Русь непосредственно не была замешана в войнах христианского Запада против мусульманско-византийского Востока, сказалось на свидетельствах названных писателей и иным образом: Остановимся подробнее на втором произведении.

Его автор — новгородец, находившийся в Константинополе в памятные дни апрельского погрома г. Так, бросается в глаза большая четкость в описании батальных сцен. Описания эти в основном совпадают с соответствующими данными латинских мемуаристов Четвертого похода, однако во многом и уточняют их, что лишний раз говорит о несомненной достоверности свидетельств новгородца.

Они воспевали захват города как величайшее историческое событие. Не в пример латинским повествователям, русский очевидец рассказывает о взятии Константинополя сдержанно; он правдиво рисует вандализм рыцарей, проявленный ими в древней столице империи, говорит о тайных мотивах, руководивших крестоносцами и их предводителями: Последний явно не скупится на горькие филиппики против латинян; он то и дело выражает чувства гнева и скорби, прибегает к сарказму, чтобы поведать миру о надругательствах захватчиков над жителями Константинополя, о творившихся ими кощунствах в храмах и на площадях, о варварском истреблении старинных памятников искусства.

Новгородец, тоже проживавший в Константинополе в дни вторжения рыцарей, излагает виденное гораздо строже, проще и эпически объективнее. Нельзя, однако, не заметить и другое: Если Никита Хониат подробно перечисляет, что было разрушено из художественных ценностей, то его единоверец, русский летописец, пишет лишь о разграблении драгоценных предметов церковного обихода. Он рассказывает о том, что фряги надругались над монахами, монахинями и священниками, избивали их, о чем нет ни слова в латинских хрониках.

Само собой разумеется, автор был сыном своей эпохи, приверженцем религиозно-этических идей православия. Он — паломник, и для него рассказать о том, что сталось с церквами и их содержимым, — задача первостепенной важности. Тем не менее ценность награбленного и разрушенного латинянами в церквах определялась для этого русского человека не только собственно религиозной значимостью тех или иных предметов культа.

Новгородец сокрушался нигде, впрочем, не афишируя столь подчеркнуто свою скорбь, как Никита Хониат о гибели церквей, монастырей, об истреблении церковных украшений и как христианин, и как образованный русский человек, преклоняющийся перед красотой, умеющий ценить замечательные памятники церковной архитектуры, прикладного искусства, живописи. Для него красота архитектурных форм имеет самодовлеющее значение, он очарован достижениями византийского зодчества и не может примириться с их бессмысленным уничтожением.

В целом сопоставление латинских хронистов и византийских историков с русскими современниками выявляет точность и наблюдательность последних — качества, благодаря которым их рассказы нередко позволяют дополнить, исправить, конкретизировать материалы предвзятых латинских и византийских повествований. Известия русских очевидцев событий крестовых походов расширяют наши представления о завоевательных предприятиях феодального Запада, происходивших под религиозными знаменами.

В год от воплощения господня тысяча девяносто пятый, в то время, когда в Германии царствовал император Генрих [2] , а во Франции — король Филипп [3] , когда во всех частях Европы произрастало многообразное зло и вера колебалась, в Риме был папа Урбан II, муж выдающегося жития и нравов, который обеспечивал святой церкви самое высокое положение и умел обо всем распорядиться быстро и обдуманно.

Видя, как вера христианская безгранично попирается всеми, и духовенством, и мирянами, [как] владетельные князья беспрестанно воюют меж собой, то одни, то другие — в раздорах друг с другом, миром повсюду пренебрегают, блага земли расхищаются, многие несправедливо содержатся закованными в плену, их бросают в ужаснейшие подземелья, вынуждая выкупать себя за непомерную плату, либо подвергая там тройным пыткам, т.

Когда они собрались в назначенный для того день, папа в сладкоречивом слове обстоятельно объяснил причину созыва собора. Печальным голосом поведал он им в длинной речи о тяготах церкви, испытывающей грозные удары, и о мирских потрясениях, настолько бурных, что вера подорвана, о чем говорилось ранее.

Затем мольбами и увещеваниями [папа] побуждал присутствовавших, чтобы, восстановив силу веры, мужественно поднялись бы на одоление дьявольских козней и попытались надлежащим образом вернуть святой церкви ее прежнее почетное положение, столь жестоко ущемленное нечестивцами После того как все это и многое другое было соответствующим образом изложено [5] , все присутствующие, как клир, так и миряне, возблагодарив бога, благожелательно согласились со сказанным и обещали верно соблюдать постановления собора Но тогда папа прибавил и кое-что иное, волнующее не меньше, а больше и сильнее, — и о положении в другой части света, [и о том, что] требует противодействия со стороны христианства.

Именно, необходимо, чтобы вы как можно быстрее поспешили на выручку ваших братьев, проживающих на Востоке, о чем они уже не раз просили вас [6]. Ибо в пределы Романии вторглось и обрушилось на них, о чем большинству из вас уже сказано, персидское племя турок [7] , которые добрались до Средиземного моря, именно до того места, что зовется рукавом св. Занимая все больше и больше христианских земель, они семикратно одолевали христиан в сражениях, многих поубивали и позабирали в полон, разрушили церкви, опустошили царство богово [9].

И если будете долго пребывать в бездействии, верным придется пострадать еще более. И вот об этом-то деле прошу и умоляю вас, глашатаев христовых, — и не я, а господь, — чтобы вы увещевали со всей возможной настойчивостью людей всякого звания, как конных, так и пеших, как богатых, так и бедных, позаботиться об оказании всяческой поддержки христианам и об изгнании этого негодного народа из пределов наших земель [10].

Я говорю [это] присутствующим, поручаю сообщить отсутствующим, — так повелевает Христос. Если кто, отправившись туда, окончит свое житие, пораженный смертью, будь то на сухом пути, или на море, или же в сражении против язычников, отныне да отпускаются ему грехи.

Я обещаю это тем, кто пойдет в поход, ибо наделен такой милостью самим господом. О, какой позор, если бы столь презренное, недостойное, отвратительное племя, служащее дьявольским силам, одолело бы народ, проникнутый верою во всемогущество божье и блистающий именем Христовым. Да станут отныне воинами Христа те, кто раньше были грабителями. Пусть справедливо бьются теперь против варваров те, кто в былые времена сражался против братьев и сородичей.

Ныне пусть получат вечную награду те, кто прежде за малую мзду были наемниками. Пусть увенчает двойная честь тех, кто не щадил себя в ущерб своей плоти и душе. Те, кто здесь горестны и бедны, там будут радостны и богаты; здесь — враги господа, там же станут ему друзьями.

Historia Hierosolymitana Gesta Francorum Hierusalem peregrinantium. В год воплощения господня тысяча девяносто пятый, в земле Галльской, а именно в Оверни, торжественно происходил собор в городе, который называется Клермон [11] ; участвовал в соборе папа Урбан II с римскими епископами и кардиналами.

И собор этот был чрезвычайно славен тем, что съехалось множество галлов и германцев, как епископов, так и князей. Разрешив на нем дела церковные, господин папа вышел на обширную размерами площадь, ибо никакое помещение не могло вместить всех [присутствовавших]. И вот папа обратился ко всем с убедительной речью, [проникнутой] риторической сладостью; он сказал [так]:. Мы хотим, чтобы вы ведали, какая печальная причина привела нас в ваши края, какая необходимость зовет вас и всех верных [католиков].

От пределов иерусалимских и из града Константинополя пришло к нам важное известие, да и ранее весьма часто доходило до нашего слуха, что народ персидского царства [12] , иноземное племя, чуждое богу, народ, упорный и мятежный, неустроенный сердцем и неверный богу духом своим [13] , вторгся в земли этих христиан [14] , опустошил их мечом, грабежами, огнем, самих же их частью увел в свой край [в полон], частью же погубил постыдным умерщвлением, а церкви божьи либо срыл до основания, либо приспособил для своих обрядов.

Они опрокидывают алтари, оскверняя их своими испражнениями, обрезают христиан и обрезанные части кидают в алтари или в крещальни. И [если] им хочется предать кого-нибудь позорной смерти, пронзают посреди живота, лишают детородных членов, привязывают к дереву и, гоняя вокруг него, хлестают до тех пор, пока из них не выпадают внутренности и [сами] не падают наземь.

Иных же, привязанных к деревьям, поражают стрелами; иных, раздев [донага] и согнув шею, ударяют мечом и таким способом испытывают, каким ударом можно убить сразу. Что же сказать о невыразимом бесчестии, которому подвергаются женщины, о чем говорить хуже, нежели умалчивать? Греческое царство уже до того урезано ими и изничтожено, что [утраченное] не обойти и за два месяца.

Кому выпадает труд отмстить за все это, вырвать [у них], кому, как не вам, которых бог превознес перед всеми силою оружия и величьем духа, ловкостью и доблестью сокрушать головы врагов своих [15] , которые вам противодействуют? Да подвигнут вас и побудят души ваши к мужеству деяния ваших предков, доблесть и слава короля Карла Великого, и сына его Людовика [16] , и других государей ваших, которые разрушили царства язычников и раздвинули там пределы святой церкви [17].

Особенно же пусть побуждает вас святой гроб господень, спасителя нашего, гроб, которым ныне владеют нечестивые, и святые места, которые ими подло оскверняются и постыдно нечестием их мараются. О, могущественнейшие воины и отпрыски непобедимых предков! Не вздумайте отрекаться от их славных доблестей, — напротив, припомните отвагу своих праотцев. И если вас удерживает нежная привязанность к детям, и родителям, и женам, поразмыслите снова над тем, что говорит господь в Евангелии: Да не привлекает вас к себе какое-нибудь достояние и да не беспокоят какие-нибудь семейные дела, ибо земля эта, которую вы населяете, сдавлена отовсюду морем и горными хребтами, она стеснена вашей многочисленностью, обилием же богатств не преизбыточествует и едва прокармливает тех, кто ее обрабатывает.

Отсюда проистекает то, что вы друг друга кусаете и пожираете, ведете войны и наносите другу множество смертельных ран. Пусть же прекратится меж вами ненависть, пусть смолкнет вражда, утихнут войны и уснут всяческие распри и раздоры. Становитесь на стезю святого гроба [19] , исторгните землю эту у нечестивого народа, покорите ее себе; земля же та, как гласит Писание, течет млеком и медом [20]. Иерусалим — это пуп земли, край, плодоноснейший по сравнению с другими, земля эта словно второй рай.

Ее прославил искупитель рода человеческого своим приходом, украсил ее [своими] деяниями, освятил страданием, искупил смертью, увековечил погребением. И этот-то Царственный град, расположенный посредине земли, ныне находится в полоне у своих врагов и уничтожается народами, не ведающими господа. Он стремится [к освобождению] и жаждет освобождения, [он] не прекращает молить о том, чтобы вы пришли ему на выручку.

Подмогу эту он требует в особенности от вас, ибо, как мы уже сказали, пред прочими сущими народами вы удостоены богом замечательной силой оружия. Когда папа в своей искусной речи [21] сказал это и многое в этом роде, всех, кто там был, соединило общее чувство, так что возопили: Вот почему говорю вам, что это бог исторг из ваших глоток такой глас, который [он же] вложил в вашу грудь.

Пусть же этот клич станет для вас воинским сигналом, ибо слово это произнесено богом. И когда произойдет у вас боевая схватка с неприятелем, пусть все в один голос вскричат божье слово: Мы не повелеваем и не увещеваем, чтобы отправлялись в этот поход старцы или слабые люди, не владеющие оружием, и пусть никоим образом женщины не пускаются в путь без своих мужей, либо братьев, либо законных свидетелей.

Они ведь являются больше помехой, чем подкреплением, и представляют скорее бремя, нежели приносят пользу. Пусть богатые помогут беднякам и на свои средства поведут с собою пригодных к войне.

Священникам и клирикам любого ранга не следует идти без дозволения своих епископов, ибо если отправятся без такого разрешения, поход будет для них бесполезен.

Да и мирянам не гоже пускаться в паломничество иначе, как с благословения священника. И тот, кто возымеет в душе намерение двинуться в это святое паломничество, и даст о том обет богу, и принесет ему себя в живую, святую и весьма угодную жертву, пусть носит изображение креста господня на челе или на груди.

Тот же, кто пожелает, дав обет, вернуться снять обет , пусть поместит это изображение, на спине промеж лопаток Те и другие выполнят заповедь господню, которую он сам предписывает в Евангелии: По закрытии Клермонского собора — а он был созван в ноябре месяце г.

Уже возгорелось усердие графов, и рыцарство стало подумывать о походе, когда отвага бедняков воспламенилась столь великим рвением, что никто из них не обращал внимания на скудость доходов, не заботился о надлежащей распродаже домов, виноградников и полей; всякий пускал в распродажу лучшую часть имущества за ничтожную цену, как будто он находился в жестоком рабстве, или был заключен в темницу, и дело шло о скорейшем выкупе.

В ту пору была большая нужда, даже у богатых, вследствие повсеместной нехватки хлеба Толпы бедняков пробовали кормиться корнями дикорастущих растений, чтобы, поедая более доступное, поскольку хлеб являлся большой редкостью, возместить недостаток повсюду разыскиваемой пищи.

Самые значительные особы подвергались угрозе впасть в нищету, на которую всё жаловались, и каждый, видя, как терзается голодом бедный люд, обрекал себя на крайнюю бережливость из страха расточить свои богатства излишествами.

Алчные души скупцов радовались, что [настали] времена, благоприятные для беспощадного взимания процентов и, бросая взоры на старые запасы накопленного хлеба, делали каждый день новые расчеты той суммы, которую, продав этот хлеб, прибавят к прежним кучам золота. Таким образом, когда одни испытывали тяжкие страдания, а другие занимались корыстными расчетами, которые, как восточный ветер, [что] сокрушает корабли в море, помыслами всех людей овладел Христос, и тот, кто освобождает закованных в цепи из драгоценных камней, разбил и цепи алчности, опутывавшие людей в столь отчаянном положении.

Хотя, как я сказал выше, это неурожайное время уменьшило у всех средства к пропитанию, но едва Христос внушил этим бесчисленным массам людей намерение пойти в добровольное изгнание, обнаружились богатства многих из них; и то, что казалось дорого, пока не началось движение, продавалось по самой дешевой цене, как только все отправились в поход.

Так как многие торопились окончить свои дела, то случилась удивительная вещь, которая послужит примером внезапного и неожиданного падения цен: Недостаток хлеба превратился в изобилие, и каждый, стараясь всеми средствами собрать сколько-нибудь денег, продавал как будто все, что имел, не по стоимости, а по цене, назначенной покупателями, лишь бы не вступить последним на стезю господню.

Таким образом произошло тогда удивительное явление: В прежнее время ни темницы, ни пытки не могли бы исторгнуть у них того, что теперь сполна отдавалось за безделицу. А вот еще одно обстоятельство, не менее смешное: Что сказать о детях, о старцах, собиравшихся на войну?

Кто может сосчитать девиц и стариков, подавленных бременем лет? И поелику они были воодушевлены пламенным желанием обрести бога, хотя и не имели в себе света науки, бог, часто увенчивающий самым счастливым успехом самые безрассудные предприятия, дал спасение и этим простодушным людям в награду за их добрые намерения. Причем можно было видеть самые забавные случаи, вызывавшие смех.

Некоторые бедняки, подковав быков, как то делают с лошадьми, и запрягши их в двухколесные тележки, на которых помещался их скудный скарб вместе с малыми детьми, тащили все это с собою; когда дети эти лицезрели попадавшийся им на пути какой-нибудь замок или город, они вопрошали, не Иерусалим ли это, к которому стремятся Пока князья, нуждавшиеся в больших средствах на содержание тех, кто составлял их свиту, долго и мешковато подготовлялись к походу, простой народ, бедный средствами, но многочисленный, собрался вокруг некоего Петра Пустынника и повиновался ему как своему предводителю, по крайней мере, в то время, пока все это происходило в нашей стране.

Происходя, если не ошибаюсь, из города Амьена, он, как мы слышали, вел жизнь отшельника под монашеским одеянием, не знаю, в какой именно области Верхней Галлии [24] , покинув те места, не ведаю, для чего, он обходил города и села, повсюду ведя проповедь, и, как мы [сами] видели, народ окружал его такими толпами, его одаряли столь щедрыми дарами, так прославляли его святость, что я не припомню никого, кому бы когда-нибудь были оказываемы подобные почести.

Петр был очень щедр к беднякам, раздавай многое из того, что дарили ему Он возвращал мужьям их жен, утративших честь, присовокупляя к этому дары; он восстанавливал мир и согласие между поссорившимися, [делая это] с изумительной властью.

Все, что он ни делал или говорил, обнаруживало в нем божественную благодать, так что многие выдергивали шерсть из его мула, чтобы хранить ее как реликвию: Он носил на голом теле шерстяную рубаху, на голове — капюшон и поверх всего — грубое одеяние до пят; руки и ноги оставались обнаженными; хлеба он не употреблял или почти не ел, питался же рыбою и вином.

Вот этот-то человек, собрав многочисленное воинство, увлеченное отчасти общим порывом, а отчасти его проповедями, решился направить свой путь через землю венгров. Встречалось и другое омерзительное преступление в этом глупом и сумасбродном пешем скопище, преступление, которое, в чем не приходится сомневаться, было ненавистно в глазах господа и которое даже покажется совершенно невероятным всем христианам.

И обоих этих животных они содеяли себе в предводители в этом святом странствии в Иерусалим; они выказывали им знаки благочестивого почитания сверх меры, и превеликая рать, подобно скотине, следовала за ними, веря в это всей душой. Да удалится от сердец верующих христиан [мысль], будто господь Иисус хотел, чтобы гроб его святейшего тела посещался неразумными тварями, и будто бы повелел содеять их предводителями тех христианских душ, которые [сам] удостоил искупить своей драгоценной кровью и омыть от грязи идолопоклонства!

Ведь, возносясь на небеса, он определил предводителями, управителями и наставниками своего народа достопочтеннейших и святейших прелатов и аббатов, а вовсе не грубую скотину, лишенную разума. Впрочем, что удивительного, если в наше время встречаются заблуждения подобного рода, и в иных сборищах стольких тысяч людей, на чьи головы господь обрушил кары, Далее автор поясняет свое рассуждение, сопоставляя рассказанные факты с библейскими событиями.

Весь Запад, все племена варваров, сколько их есть по ту сторону Адриатики вплоть до Геркулесовых столбов, все вместе стали переселяться в Азию; они двинулись в путь целыми семьями и прошли всю Европу. Причиной такого огромного передвижения было следующее. Один кельт [25] по имени Петр, по прозвищу Кукупетр [26] , отправился на поклонение гробу господню и, натерпевшись много бед от разорявших всю Азию турок и сарацин, едва вернулся в свои края.

Не желая мириться с неудачей, он решил вновь отправиться в тот же путь. Но Петр понимал, что ему нельзя больше идти к гробу господню одному, дабы не случилась беда, и поэтому он прибегнул к ловкой выдумке. Он возвестил во всех латинских странах: И выдумка удалась ему. Петр как будто покорил все души божественным гласом, и кельты начали стекаться отовсюду, кто откуда, с оружием, конями и прочим военным снаряжением.

Общий порыв увлек их, и они заполнили все дороги. Вместе с кельтскими воинами шла безоружная толпа женщин и детей, покинувших свои края; их было больше, чем песка на берегу и звезд в небе, и на плечах у них были красные кресты. Все это множество людей пришло не сразу и не по одному пути да и как могла такая огромная толпа из разных мест все разом переправиться через пролив Лонгивардии? Когда отдельные отряды уже переправились через пролив Лонгивардии, самодержец собрал некоторых военачальников ромейского [29] войска и отправил их в район Диррахия и Авлона с приказом дружелюбно встретить переправившихся, в изобилии поместить на их пути запасы продовольствия, доставленные из всех областей, а также следовать и наблюдать за варварами и, если они станут нападать и грабить близлежащие земли, обстреливать и отгонять их отряды.

С посланными были и люди, знающие латинский язык, чтобы улаживать возможные столкновения. Но чтобы мой рассказ был ясным и подробным, приведу повсюду распространившийся слух, что первым, кто продал свои земли и пустился в предстоящий путь, был Готфрид. Он был человеком очень богатым, весьма гордившимся благородством, храбростью и знатностью своего рода — ведь каждый кельт стремится превзойти всех остальных. И вот у мужчин и женщин возникло стремление, подобного которому не знала ничья память.

Люди простые, искренние хотели поклониться гробу господню и посетить святые места. Но некоторые, в особенности такие, как Боэмунд и его единомышленники, таили в себе иное намерение: Боэмунд в угоду своей давнишней ненависти к самодержцу стал смущать души многих благородных людей. Между тем провозгласивший этот поход Петр с двадцатью четырьмя тысячами пехоты и ста тысячами всадников раньше всех переправился через пролив Лонгивардии [31] и пришел в столицу через Угрию [32]. Племя кельтов — вообще, как можно догадаться, очень горячее и быстрое — становится совершенно необузданным, когда к чему-то стремится.

Узнав про все, что Петр вытерпел раньше от турок [33] , император посоветовал ему дождаться прихода остальных графов, но тот не послушался, полагаясь на большое количество сопровождавших его людей, переправился через пролив и разбил свой лагерь под городком, называвшимся Еленополь. За ним последовало около десяти тысяч норманнов [34]. Отделившись от остального войска, они стали грабить окрестности Никеи [35] , обращаясь со всеми с крайней жестокостью. Даже грудных детей они резали на куски или нанизывали на вертела и жарили в огне, а людей пожилых подвергали всем видам мучений.

Жители города, узнав о происходящем, открыли ворота и вышли сразиться с норманнами. Но так как норманны сражались с большим упорством, они горожане после жестокого боя вернулись назад в крепость.

Норманны же, забрав всю добычу, возвратились в Еленополь. Там между ними и теми, кто оставался в городе, началась ссора; зависть, как обычно в таких случаях, стала жечь души оставшимся, и между ними и норманнами произошла драка. Своевольные норманны снова отделились и с ходу взяли Ксеригорд [36]. Султан [37] , узнав о случившемся, послал против них Илхана с крупными силами. Илхан, подступив к Ксеригорду, сразу взял его [38] , норманнов же частью сделал добычей мечей, частью увел в плен.

Не забыл Илхан и об оставшихся с Кукупетром. Он устроил в удобных местах засады, чтобы на них неожиданно наткнулись и погибли те, которые будут двигаться в сторону Никеи. Кроме того, зная жадность кельтов, он послал двух предприимчивых людей в лагерь Кукупетра и поручил им возвестить там, что норманны, взяв Никею, занялись разделом добра. Слух дошел до лагеря Петра и привел всех в большое смятение. Услышав о дележе и богатстве, они тотчас же, забыв и свой воинский опыт и боевое построение, бросились в беспорядке по дороге к Никее [39].

Ведь племя латинян, вообще, как сказано выше, очень жадное на богатство, теряет рассудок и становится совершенно неукротимым, если задумает набег на какую-нибудь землю. Двигаясь неправильным строем и не отрядами, они наткнулись на турок, устроивших засаду около Дракона, и были убиты самым жалким образом [40].

Жертвой исмаильских мечей стало такое множество кельтов и норманнов, что те, кто собирал валявшиеся повсюду трупы заколотых, сложили из них не холм, не бугор, не горку, а огромную гору, необыкновенную по высоте и толщине; вот какой курган костей они набросали. Позднее люди того же племени, что и убитые варвары, воздвигли стену в виде города и вперемешку с камнями, как щебень, заложили в нее кости убитых, и город стал для них гробницей.

Он стоит до сих пор, окруженный стеной из камней, смешанных с костями. Итак, все они стали добычей мечей, и только Петр с немногими другими вернулся в Еленополь [41] Когда император напомнил Петру о его прежнем неблагоразумии и о том, что он попал в беду, оттого что не послушался его предостережений, Петр с заносчивостью латинянина сказал, что не он виновник этих бедствий, а те, которые не подчинились ему и следовали собственным прихотям [42] , он назвал их разбойниками и грабителями, потому-де спасителю и было неугодно, чтобы они поклонились гробу господню.

Вступительная статья, перевод, комментарий Я. Причиной их похода было то, что их царь Бардуил [43] собрал великое множество франков, а был он родичем Рожера Франкского, который захватил Сицилию [44].

Он отправил Рожеру гонца с посланием, говоря: Рожер собрал своих приближенных и устроил совет, и они сказали ему: Но Рожер в ответ им поднял ногу, громко испустил ветры и сказал: Если они захватят страну, она окажется в их руках и не будет зависеть от Сицилии.

Тогда я больше не будут получать оттуда ни денег, ни зерна, что поступает ко мне каждый год. А если им не повезет, они вернутся в мою страну и мне придется плохо от них. Мой родич будет говорить, что я предал его и нарушил наш договор, и тогда нашей дружбе придет конец.

Он приказал привести гонца Бардуила и сказал ему: Тогда франки снарядились и выступили против Сирии. Говорят еще, что правители Египта из Алидов, увидев, как сильна сельджукская держава и как много земель захватили сельджуки в Сирии, вплоть до Газы, так, что между ними и Египтом не осталось другого государства, которое могло бы преградить путь сельджукам, помешать им войти в Египет и окружить страну со всех сторон, испугались и послали гонца к франкам, призывая их выступить против Сирии, чтобы захватить ее и быть между Египтом и остальными мусульманами, но Аллах лучше знает.

Латиняне, подобные Боэмунду и его единомышленникам, давно жаждавшие завладеть Ромейской империей, подчинить ее себе, нашли, как я уже сказала, в призывах Боэмунда хороший предлог и возбудили все это движение; они обманывали простодушных людей, прикидываясь, что отправляются против турок мстить за гроб господень, и продавали свои земли.

Некто Гуго, брат короля Франкии [46] , кичившийся, как Новат [47] своей знатностью, богатством и силой, собираясь у себя на родине в путь к гробу господню и стремясь заранее обеспечить себе блестящую встречу, велел передать императору такие безумные слова. При переправе из Бари в Иллирик он попал в сильную бурю и потерял большую часть своих кораблей вместе с гребцами и воинами; лишь один челн, как раз тот, в котором находился Гуго, наполовину разбитый, был выброшен волнами на берег между Диррахием и Пали Дука [49] принял его, целого и невредимого, поприветствовал, расспросил, как и откуда он прибыл; узнав о несчастье, приключившемся в плаванье, ободрил Гуго добрыми надеждами и предложил богатое угощение.

Самодержец, узнав обо всем, спешно послал Вутумита [50] в Эпидамн, который я часто называла Диррахием, с поручением доставить Гуго в столицу, держа путь не напрямик, а в объезд через Филиппополь, так как боялся продолжавших прибывать кельтских толп и отрядов.

Император принял Гуго с почетом [51] , всячески выражая ему свою благосклонность, дал много денег и тут же убедил стать его вассалом и принести обычную у латинян клятву. Не прошло и пятнадцати дней, как Боэмунд, о котором часто упоминалось выше, высадился на берег у Кавалиона [52] с многочисленными графами и с войском, ни с чем не сравнимым по величине В это же время граф Готфрид с другими графами и с войском, состоявшим из десяти тысяч всадников и семидесяти тысяч пехотинцев, тоже совершил переправу [53] и, дойдя до столицы [54] , расположил свое войско на берегу Пропонтиды Если назначение материала вводной части - познакомить студента с элементами источниковедения истории крестовых походов, то цель второй части книги - служить собственно пособием для проведения практических семинарских занятий.

Из-за ограниченности объема книги в ней приводятся лишь тексты, рисующие те или иные эпизоды истории Первого крестового похода, социально-политического строя Иерусалимского королевства и истории Четвертого крестового похода. Именно эти сюжеты находятся обычно в центре внимания изучающих данную тему. Подбор материалов определялся и двумя немаловажными дополнительными мотивами: Тот или иной комплекс фактов освещается в них с разных сторон, с разных позиций, в разное время, на основе различных источников информации, находившихся в распоряжении составителей хроник, мемуаров, записок и пр.

Важнейшая задача студента, работающего под руководством преподавателя над текстами, заключается в выявлении сходства и различия в повествованиях, в отделении элементов исторической правды от вольного или невольного ее искажения средневековыми авторами, в том, чтобы в ходе занятий подвергнуть возможно более обстоятельному сравнению "показания" двух-трех и более "параллельных" текстов, авторы которых, каждый по-своему, излагают одни и те же или близкие события.

Переводы латинских и старофранцузских фрагментов выполнены автором книги по наиболее авторитетным изданиям источников; в отдельных случаях использованы прежние переводы, которые выверены и исправлены по оригиналам. Отрывки из "Алексиады" приводятся в переводе С. Слуцкой, сделанном ею для полного издания этого памятника, которое осуществил Я.

Любарский в г. Автором переводов "Хронографии" Матфея Эдесского с древнеармянского языка является доктор исторических наук Р. Что касается сочинений арабских писателей, то, за исключением текстов из "Книги назидания" Усамы ибн Мункыза, которые даются в старом переводе М.

Салье, соответствующие отрывки впервые перевела на русский язык для настоящего пособия доктор филологических наук Б. Имена и названия произведений арабских и армянских историков в ссылках на источники приводятся большей частью в русском переводе и в русской транскрипции.

История почты и почтовых марок Эстонии Джесси Рассел

Хирургические болезни Напалков П. Учебник для 10 кл. Лаборатория знаний Египетские храмы, Маргарет Мюррей Художественный труд. Веселая ярмарка Лыкова И.

Более 90 терминов. Египетские храмы, Маргарет Мюррей Евреи христиане, И. Джерри Олшен Fiction Диагностика и лечение гнойных спинальных эпидуритов, Б.

Карабаев Деятельность учителей по формированию системы качества знаний учащихся как объект внутришкольного управления. Выпуск 1 - Е. Более статей по истории России с древнейших времен до наших дней.

Дебюсси Информационное оружие - оружие современных и будущих войн, В. Повелитель книг, Олег Рой Изучаем Flex 3. Руководство по разработке насыщенных интернет-приложений, Аларик Коул Онлайн книги Киллера заказывали?. Консервируем салаты - 5-Автор неизвестен - Кулинария Заболевания задней доли гипофиза - Справочник Харрисона Законы гармонии. Синтез восприятия - Алмазова Н. В своей собственной тени, Катрин Денев. С того времени эстонская почта стала де-факто независима. Во время переходного периода, когда марки СССР уже закончились, а марки Эстонии ещё не выпустили, для франкировки конвертов на почте использовали резиновые штемпели с указанием тарифа.

Последние марки с номиналом в рублях вышли 22 июня года. На миниатюрах давались аббревиатуры английских терминов, например:. Серия была посвящена птицам Балтийского моря. С 1 января года Эстония перешла на евро. Этому событию была посвящена почтовая марка, вышедшая в обращение в тот же день, с изображением монеты номиналом в 1 евро с картой Эстонии.

Почтовые марки с номиналом в кронах будут действительны для оплаты почтовых услуг до 31 декабря года ; марки с номиналом в двух валютах из обращения изыматься не будут. Миниатюры с видами городов Эстонии были отпечатаны типографским способом двухцветной печатью на бумаге с водяным знаком. В левом или правом нижнем углу рисунка каждой марки помещён порядковый номер, определяющий её положение в листе.

Подобная нумерация марок была применена впервые в мире. Кроме того, это единственные марки Эстонии, отпечатанные на бумаге с водяным знаком. К февралю года , из-за замерзания Финского залива , в Эстонии сложилось трудное положение с отправкой и получением заграничной почты, особенно между Таллином и Хельсинки.

Для выхода из сложившейся ситуации Почтовое ведомство предложило использовать военные самолёты для перевозки почты зимой.

Признав обоснованность требований Почтового ведомства, правительство разрешило перевозку почты воздушным путём. Через месяц, 13 марта года , вышла первая авиапочтовая марка Эстонии. I , которые использовались для перевозки почты, была отпечатана трёхцветной литографской печатью в типографии Ю.

Автором эскиза был почтовый чиновник К. Марка была в обращении до 31 декабря года. Перевозка почты воздушным путём возобновилась 1 октября года. В тот же день, 1 октября, вышла серия из шести авиапочтовых марок. Эти марки были в обращении до 15 апреля года. Последние авиапочтовые марки вышли 15 июля года. Всего было выпущено 18 авиапочтовых марок. В году почта Финляндии выпустила почтовый блок из четырёх марок, посвящённых авиапочтовым самолётам Финляндии.

На полях блока изображены схемы маршрутов самолётов на фоне карты северной части Европы. Марки издавались в малых листах по 4—16 миниатюр в каждом на популярные филателистические темы: Эти незаконные выпуски были перечислены в письме, направленном почтовой администрацией Эстонии в июле года во Всемирный почтовый союз. Всего известно 14 эстонских островов, от имени которых издавались марки: Местные выпуски почтовых марок в Эстонии — Почтовая марка Тарту.

Местный выпуск почтовых марок Ныо — Местные почтовые марки Ныо эст. Первые марки Эстонии — Первые почтовые марки Эстонии эст. Фискальные марки Эстонии — Фискальная марка Эстонии первого выпуска.

Мы используем куки для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать данный сайт, вы соглашаетесь с этим. История почты и почтовых марок Эстонии.

Местные выпуски почтовых марок в Эстонии. Архивировано из первоисточника 16 апреля Проверено 31 января Проверено 20 февраля Радио и связь, Arbeitsgemeinschaft Deutsche Besetzung im 1. Проверено 7 февраля Estonia Stamp Catalogue — The Estonian Philatelist; Alar Pastarus.

Архивировано из первоисточника 8 апреля Проверено 30 января Standard Postage Stamp Catalogue. Письмо почтовой администрации Эстонии во Всемирный почтовый союз. Смотреть что такое "История почты и почтовых марок Эстонии" в других словарях: Экспорт словарей на сайты , сделанные на PHP,.

Пометить текст и поделиться Искать во всех словарях Искать в переводах Искать в Интернете. Поделиться ссылкой на выделенное Прямая ссылка: Предложений от участников по этой книге пока нет.

Хотите обменяться, взять почитать или подарить? Сегодня Международный день семьи! Международный день семьи International Уже два года как я пришла на BookMix.

Вот читала раньше сообщения в блогах о юбилеях пребывания на Для регистрации на BookMix. Главная Образование и наука Технические науки История почты и почтовых марок Эстонии Купить в магазинах: Подробнее об акции [x].

История Отечества XX - начало XXI века. 11 класс (аудиоучебник MP3 на CD) Н. В. Загладин, С. И. Козл

Коренной перелом в Великой Отечественной войне. Причины, цена и значение Великой Победы Глава 5. Советский Союз в последние годы жизни И. СССР на международной арене. Наука, литература и искусство.

Кризис и распад советского общества Глава 8. Смотрите также учебники, книги и учебные материалы: ХХ - начало ХХI в. Всемирная история, История России и мира с древнейших времен до наших дней, классы, Загладин Н. Адресуется первоклассникам, учителям и родителям. Учебник предназначен для 1-го класса общеобразовательной школы. Соответствует Федеральному государственному образовательному стандарту начального общего образования, создан в соответствии с программой МУЗЫКА.

В учебнике реализован основной принцип концепции Д. Кабалевского — преподавание музыки как живого образного искусства, неразрывно связанного с жизнью. Практикум ЕГЭ по истории предназначен как для работы в классе, так и для самостоятельного контроля знаний. Предлагаемое пособие содержит тренировочные варианты тестовых заданий Единого государственного экзамена ЕГЭ по истории, составленных с учетом всех особенностей и требований ЕГЭ, а также подробный разбор заданий варианта 5.

Особое внимание уделяется отработке навыков правильного заполнения бланков ответов. В справочнике представлены все основные разделы программы школьного курса по русскому языку, математике и окружающему миру, предусмотренные программой начальной школы.

Даны определения важнейших понятий, а также приведены основные правила и методические рекомендации по выполнению различных заданий. Школьный материал представлен в виде схем и таблиц, что позволит более быстро находить нужное правило или определение и применять […]. Educational resources of the Internet - History.

Образовательные ресурсы Интернета - История. Учебник соответствует требованиям Федерального компонента образовательного стандарта и даёт полноценные знания по новейшей отечественной истории на профильном уровне. Методический аппарат позволяет организовать разностороннюю деятельность старшеклассников, в том числе проектно-исследовательскую.

Данный учебник продолжает известные в школе учебники для 10 класса под редакцией А. Культура России начала XX в 24 Глава 2. От революции к реформам.

Необыкновенные истории из жизни города Колоколамска. 1001 день, или Новая Шахерезада Илья Ильф, Евге

За несколько дней в городе полностью исчезла преступность, тюрьма была переполнена, а чиновники раскрывали все свои грехи и даже закладывали родственников и детей. Особо пострадавшие решились бороться с Прозрачным, но в самый напряженный и ответственный момент тот снова обретает видимое тело, и жизнь города входит в свою прежнюю колею. Один местный житель, пребывая в Москве, случайно попал под колеса посольской машины посольство вымышленной страны Клятва.

Из-за полученных травм посольство Клятвии назначило ему пенсию до конца жизни. Все жители Колоколамска, узнав о происшествии, решили, что это хороший способ поправить свое материальное положение, и ринулись в Москву падать под колеса машины клятвийского посольства.

Из-за начисления большого количества пожизненных пенсий в Клятвии начался финансовый кризис, пришлось закрыть государственную оперу, ожидался путч.

И только тот факт, что один из жителей Колоколамска бросился в Москве не под ту машину и был избит водителем, остановил поток желающих быстро разбогатеть и спас Клятвию от окончательного разорения. Забавны также истории о строительстве ковчега, который должен был спасти жителей Колоколамска от потопа, о продаже происхождения, об источнике живой воды, на деле оказавшимся прорванной трубой. Жители города явно не скучают. Для бесплатного просмотра предоставляются: В нашей онлайн библиотеке произведение Необыкновенные истории из жизни города Колоколамска можно скачать в форматах epub, fb2, pdf, txt, html или читать онлайн.

Онлайн библиотека КнигоГид непременно порадует читателей текстами иностранных и российских писателей, а также гигантским выбором классических и современных произведений. Все, что Вам необходимо — это найти по аннотации, названию или автору отвечающую Вашим предпочтениям книгу и загрузить ее в удобном формате или прочитать онлайн.

На сайте будет доступен только небольшой отрывок для чтения онлайн, без возможности скачивания. Ознакомительный фрагмент позволяет заинтересовать читателя произведением.

Администрация сайта призывает своих посетителей приобретать книги только легальным путем. Из вежливости всхлипнул и носильщик. При этом от него распространился удушливый запах водки. Восторгам председателя лжеартели не было пределов.

Он хватал розового толстяка за талию, поднимал на воздух, громко целовал и громко задавал вопросы. Через десять минут Подлинник знал все. Герасим Федоренко, тридцать лет тому назад уехавший из Колоколамска, нашел алмазные россыпи и неслыханно разбогател. Но, блуждая в степях Южной Америки, Горацио мечтал взглянуть хотя бы одним глазком на родной Колоколамск.

И вот он здесь — рыдает от счастья. Чествование соотечественника состоялось в анкетном зале военизированных курсов декламации и пения. Горацио Иванович заполнил почетную анкету, заключенную в шевровую папку, и поцеловался с начальником курсов Синдик-Бугаевским.

Во время неофициальной части торжества Федоренкос плясал русскую. Он вилял спиной и мягко притопывал каучуковыми подошвами. На рассвете растрогавшийся Горацио принял решение увековечить приезд в родной город постройкой тридцатидвухэтажного небоскреба для своих сограждан. Такие дома не могут существовать в природе. Каково же было их удивление, когда уже через неделю на Членской площади появились подъемные краны. Великие партии техников, инженеров и рабочих приехали из столичных центров.

Постройкой верховодил сам Горацио. Он был одет в синий парусиновый комбинезон и деловито ругался на странной смеси русского и испанского языков. Книги похожие на "Необыкновенные истории из жизни города Колоколамска" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии. Отзывы читателей о книге "Необыкновенные истории из жизни города Колоколамска", комментарии и мнения людей о произведении. Евгений Петров - Необыкновенные истории из жизни города Колоколамска Здесь можно купить "Евгений Петров - Необыкновенные истории из жизни города Колоколамска" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf.

Русская классическая проза, издательство Эксмо, год Так же Вы можете читать ознакомительный отрывок из книги на сайте LibFox. Ru ЛибФокс или прочесть описание и ознакомиться с отзывами. Купить полную легальную версию. Книга распространяется на условиях партнёрской программы. Все авторские права соблюдены. Напишите нам , если Вы не согласны. Ильфа и воспоминания о нем Е. Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Похожие книги на "Необыкновенные истории из жизни города Колоколамска" Книги похожие на "Необыкновенные истории из жизни города Колоколамска" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.

Евгений Замятин - Мы сборник. Кузьма Петров-Водкин - Хлыновск. Лидия Авилова - На хуторе. Орест Сомов - Купалов вечер сборник. Александр Блок - Том 8. Иван Бунин - Том 9. Антон Чехов - Том Василий Нарежный - Избранное. Максим Горький - Том Пьесы, сценарии, инсценировки

Философия истории Сергейчик Е.М.

Я Детская и подростковая психиатрия Детская психиатрия под ред. Эйдемиллера Динамическая психиатрия Динамическая психиатрия. Гюнтер А Душевнобольные Осмотр психически больного История психиатрии Критика психиатрии Настоящий кризис в современной психиатрии. М О некоторых системных неврозах и их патогенетическом лечении.

М Введение в клиническую психиатрию. В Введение в психиатрическую клинику. Крепелин Э Клиническая психиатрия в схемах, таблицах и рисунках. В Курс общего учения о душевных болезнях. Г Руководство по психиатрии в 2-х томах. В Руководство по психиатрии в 2-х томах. Л Современная клиническая психиатрия. В Электросудорожная терапия в психиатрии, наркологии и неврологии. И Паранойя Патопсихология, клиническая психология Зейгарник zeigb01 Блейхер Клиническая патопсихология.

М Курс лекции по клинической психологии Общая психопатология. А Психозы, деменции Дементирующие процессы головного мозга. П Острые эндогенные психозы.

Ф Програмно-целевое обслуживание пациентов с психозами. А Психопатии, расстройства личности Астенические состояния. Становление неклассической философии 3. Социальная эволюция Спенсера 3. Теория культурно-исторических типов Данилевского 3. Итоги развития неклассической философии истории Литература IV. Основные проблемы постнеклассической философии 4. Историчность человеческого бытия 4. Познание как осмысление социокультурной реальности 4. Исторический плюрализм и проблема всеобщего 4.

Исторический прогресс как рост свободы 4. История как динамическая система 4. Структура системы ценностей стабильных периодов истории 4. Ссылки удалены по требованию правообладателя.

1 2 3 4 5 6 7