Бронзовая птица А. Рыбаков

У нас вы можете скачать книгу Бронзовая птица А. Рыбаков в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Коровин размышлял о том, что усадьба, в общем, подходящая для трудкоммуны. А старуха хоть и страшная, но директор детдома Борис Сергеевич так ее шуганет, что она сразу образумится. Бяшка лежал и уже заранее негодовал при мысли, что Генка будет размахивать портфелем, а его заставит таскать мешок с продуктами.

И он придумал справедливый и гордый ответ Генке и злорадствовал при мысли, как опешит Генка, когда увидит, что он, Бяшка, взял с собой вместо одного два мешка, чтобы им тащить поровну. Дольше всех ворочался Кит. Он прикидывал, какие продукты привезут завтра из города Генка и Бяшка и что из этого можно будет сварить. В щели палатки пробивались первые лучи солнца. Пахло сухими еловыми ветками, служившими ребятам постелью.

Миша просунул часы под полог палатки… Что такое? Может быть, часы остановились?.. Он поднес их к уху и услышал равнодушное тиканье. Пытаясь снова заснуть, Миша натянул на себя одеяло.

Но сон не возвращался. Беспокойные мысли лезли ему в голову. Но за всеми заботами, которые владели им теперь как вожатым отряда, неотступно стояла мысль об Игоре и Севе. Не в силах больше заснуть, Миша осторожно, чтобы не задеть лежащих кругом ребят, выбрался из палатки. Поляна была подернута прозрачным холодноватым утренним светом.

С верхушек деревьев доносился птичий гомон. Возле мачты, лениво передвигая ноги, бродил Юрка Палицын, дежурный.

Второй дежурный, Сашка Губан, спал, привалившись к дереву… Так и есть — спят по очереди! Нечего сказать… Миша подкрался к Губану и дал ему щелчка в лоб. Губан вскочил и уставился на Мишу. Потом он обошел лагерь. Все в порядке, все на месте. До побудки еще два часа. Можно бы еще поспать. Но уж раз встал, чего теперь ложиться… Сходить, пожалуй, искупаться, тогда уже не захочется спать….

С реки тянуло влажным холодком. Острые закрытые бутоны лилий торчали на воде среди широких зеленых листьев. Берег был влажен от росы. Миша разделся, бросился в ледяную воду и сажёнками поплыл на другую сторону. Он раза три переплыл узкую, но глубокую речку, пока наконец согрелся. Но когда вылез на берег, снова ощутил холод. Стуча зубами, он долго прыгал на одной ноге, пытаясь другой попасть в штанину. Потом он увидел подходивших к реке Николая Рыбалина, брата Жердяя, и еще одного крестьянина из их деревни — Кузьмина, пожилого, хмурого, бородатого мужчину.

Они шли к маленькой бухточке, где неподвижно покоилось на воде несколько простых деревенских лодчонок. Увидев Мишу, Николай заулыбался и приветливо махнул ему рукой. Это был человек лет двадцати пяти, в накинутой на плечи старой солдатской шинели без хлястика, высокий, худой, костлявый. Но лицо его, тоже худое и костлявое, с острыми, выпирающими скулами, длинным, острым носом и тонкими, бледными губами, было добродушно и приветливо.

Кузьмин долго возился с замком. Скручивая цигарку, Николай молча посматривал на Мишу, улыбаясь неизвестно чему — может быть, тому, что он встретил Мишу, а может, тому, что начиналось прекрасное, погожее утро. На Кузьмине была рубаха без пояса, серые холщовые брюки, а на ногах — стоптанные короткие сапоги, похожие на боты. Так Кузьмин и запомнился Мише — хмурый бородатый мужик со спутанными волосами, упирающийся ногой в сиденье и отталкивающийся от берега веслом….

После завтрака Генка и Бяшка отправились на станцию. Плата за проезд в поездах и трамваях была введена недавно, ребята к ней еще не привыкли. Да и денег у отряда было мало. С ним Бяшка будет сидеть возле продуктов. А Генка будет бегать от контролера. С мешками трудно бегать. Так что один билет возьмите обязательно. Деревня раскинулась под горой, на самом берегу реки.

Бревенчатые избы, крытые тесом и соломой, тянулись вдоль широкой, длинной улицы. Дворы были обсажены ветлами. Дома богатеев были двухэтажные, на красном кирпичном основании, а дом кулака Ерофеева был весь выложен из кирпича. Высокие, могучие дубы группами по два-три дерева виднелись здесь и там. Возле новых, выложенных из свежеобтесанных бревен срубов валялась на земле желтоватая стружка. Трубя в горн, отряд прошел по улице и остановился возле сельсовета.

За ним тянулся длинный пустой сарай. Это и был будущий клуб. Привлекаемые звуками трубы и видом шагающего по деревне отряда, деревенские мальчишки и девчонки сбегались со всех сторон.

Кто постарше, подошел ближе, малыши стояли в отдалении: Тогда леший молчит, не сердится. А на клуб, видишь, не дает, не позволяет. С книгами возились долго. Одни ребята принесли прочитанные, другие побежали за книгами домой, третьи просили, чтобы им дали новые, а старые они потом отдадут.

Еще дольше выбирали книги. Каждый рассматривал свою, затем ту, которую взял сосед. И, конечно, последняя нравилась больше. Книги с картинками брали охотно, а от антирелигиозных отказывались: Подошли еще два мальчика. Вместе с Жердяем и утащили. Своего нет, так чужое воруете, жулье несчастное! Брат его Кузьмина убил?

Наплачется теперь в тюрьме. Как же вы не знаете? Там уж вся деревня была. И доктор приезжал, и милиция. Уж их в город увезли — и Кузьмина мертвого, и Николая, бандита этого…. Там его Николай и застрелил. И лодку куда-то запрятал. А еще активист считается! Стыдно небось людям в глаза смотреть, вот и сидит дома… А вы и не знаете ничего? И они, лузгая семечки, вразвалку пошли по улице. Ошеломленный, Миша растерянно глядел им вслед.

Может быть, Сенька все наврал?.. Везде стояли кучки крестьян, а возле сельпо шумела большая толпа. И по тому, как люди волновались, было очевидно, что говорят они именно об этом загадочном убийстве. А оно было загадочным. Трудно поверить в то, что Николай убил Кузьмина. Как мог этот добрый, приветливый человек убить?.. Ведь всего несколько часов назад Миша видел Николая и Кузьмина, разговаривал с ними.

Они как живые стояли перед его глазами: Николай в потертой солдатской шинели без хлястика, Кузьмин в старых ботах, веслом отталкивающий лодку от берега. И это тихое утро, первые лучи солнца, свежий холодок реки, лилии меж зеленых листьев… Нет. Недоразумение, ошибка… И зачем ему было убивать Кузьмина? Миша никак не мог в это поверить.

И с каким злорадством говорил Сенька Ерофеев: Рыбалины жили на краю деревни, в покосившейся избе под соломенной крышей. Концы тонких стропил торчали над ней крест-накрест. Два крохотных оконца падали на завалинку. Дверь из грубо сколоченных досок вела в холодные сени, где висели хомуты и уздечки, хотя ни лошади, ни даже коровы у Рыбалиных не было.

Они были безлошадники, наибеднейшие крестьяне…. Мать Жердяя, Мария Ивановна, худая женщина с изможденным лицом, раздувала на загнетке огонь под черным чугунным горшком. Не разгибая спины, она обернулась на Мишин голос, тупо посмотрела на него и снова отвернулась к печке. На земляном, плотно убитом полу виднелись закругленные следы метелки. Грубый деревянный стол был испещрен светлыми полосками от ножа, которым его скоблили.

Вдоль стен тянулись лавки, темные, потертые, гладкие; видно, что на них сидели уже не один десяток лет. В переднем углу висела маленькая потускневшая икона с двумя засохшими веточками под ней. На другой стене — портрет Ленина и плакат, на котором был изображен красноармеец, пронзающий штыком всех белых генералов сразу: Красноармеец был большой, а генералы маленькие, черненькие, они смешно барахтались на острие штыка.

И Николай, и Кузьмин. Только не мог его Николай убить. Он и муху не тронет. И спорить им не из-за чего. И никакого револьвера у него нету. В городе есть бесплатная юридическая помощь. И вообще Николая оправдают. Миша глядел на ее сгорбленную спину, худую, натруженную спину батрачки, на безмолвного Жердяя, на убогую обстановку нищей избы, и его сердце сжималось от жалости и сострадания к этим людям, на которых свалилось такое неожиданное и страшное горе.

И хотя Миша ни секунды не сомневался, что Николай невиновен и его оправдают, он понимал, как тяжело теперь Марии Ивановне и Жердяю. Сидят одни в избе, стыдятся выйти на улицу, никто к ним не ходит. Ну, и луг — Халзин. Верши там у него расставлены. А я уж как стал к деревне подходить, гляжу — за мной бегут. Нет того, чтобы разобраться…. Миша пытался себе представить и луг, и убитого Кузьмина, и Николая, и толпу вокруг них, и милиционера… А может быть, поблизости орудуют бандиты… Миша подумал об Игоре и Севе.

Ведь и их могли бандиты пристукнуть… Вот что делается…. Миша не хотел оставлять Жердяя и Марию Ивановну одних. Но Коровин со своим директором уже, наверно, пришли со станции. Надо идти в лагерь. Николай не сегодня-завтра вернется домой. Да его и взяли в город как свидетеля. Директор детского дома Борис Сергеевич оказался высоким, сутуловатым, еще молодым человеком в красноармейской гимнастерке, кавалерийских галифе и запыленных коричневых сапогах.

Но он был в очках. Очки придавали молодому директору строгий и даже хмурый вид. Он искоса и, как показалось Мише, неодобрительно посмотрел на палатки, точно ему не нравился и лагерь, и вообще все. С того дня, как его назначили вожатым, он стал очень чувствителен.

Ему казалось, что взрослые относятся к нему снисходительно, не так, как к настоящему вожатому отряда. Не глядя на Бориса Сергеевича, Миша продолжал выговаривать Зине за то, что ее звено запоздало с обедом. Хоть Борис Сергеевич и директор, а он, Миша, тоже вожатый отряда и начальник этого лагеря.

Впрочем, по дороге в усадьбу Миша убедился, что директору вообще все здесь не нравится. Борис Сергеевич зыркал по сторонам глазами и так многозначительно молчал, что Миша начинал себя чувствовать виноватым в том, что усадьба запущена.

Старуха неподвижно стояла на террасе, подняв кверху голову, в той самой позе, в какой ее уже видели мальчики, когда прятались в конюшне. Казалось, что она поджидает их. И приближаться к этой неподвижной фигуре было довольно жутко. Они остановились у нижних ступенек террасы. Но старуха к ним не спустилась. И так они все молча и неподвижно стояли: Борис Сергеевич спокойно, со знакомым уже Мише неодобрением смотрел на старуху, на ее обрамленное седыми волосами лицо с крючковатым носом и грязно-пепельными бровями.

И чем больше наблюдал Миша эту сцену, тем больше нравились ему уверенность и спокойствие Бориса Сергеевича. И странно — Коровин тоже держался так, точно этой старухи и не было здесь вовсе. Старуха сделала несколько шагов и остановилась. Но опять же двумя-тремя ступеньками выше Бориса Сергеевича и мальчиков. Борис Сергеевич точно не видел старухи. Миша был восхищен его выдержкой.

Вот что значит настоящий руководитель! Ничего не говорит, не произносит ни слова, а приказывает… Вот кому следует подражать! Разрешите узнать, кто вы. Я бы хотел осмотреть дом. Старуха вдруг закрыла глаза.

Ему показалось, что она сейчас умрет. Но ничего со старухой не случилось. Она постояла с закрытыми глазами, потом открыла их и сказала:. Старуха вытащила из-под платка бумагу, подержала ее в руках и протянула Борису Сергеевичу.

Подавшись вперед и скосив глаза, Миша из-за плеча Бориса Сергеевича тоже заглянул в бумагу. В левом углу стоял большой расплывшийся штамп, точно наляпанный фиолетовыми чернилами.

Текст был напечатан на пишущей машинке. Всем организациям и лицам использовать дом без особого на то разрешения губнаробраза воспрещается. Нарушение охранной грамоты рассматривается как порча ценного государственного имущества и карается по законам Республики. И затем следовала мелкая, но длинная подпись этого самого Серова. Борис Сергеевич обошел усадьбу, осмотрел сараи, конюшни, сад, пруд и расстилающиеся за усадьбой поля.

Когда они покидали усадьбу, Борис Сергеевич обернулся и снова посмотрел на дом. В ярких лучах заката бронзовая птица горела, как золотая. Борис Сергеевич и Коровин уехали в Москву. Через час должны приехать Генка с Бяшкой. Хотя в Мише еще теплилась надежда, что они разыскали беглецов в Москве, он был почти уверен, что именно Игорь и Сева забрали Сенькин плот и поплыли на нем вниз по реке… Но все же вдруг…. Генка делал вид, что он очень устал, хотя оба мешка тащил Бяшка; Генка взял один перед самым лагерем, чтобы показать, что и он работал.

Затем Кит извлек из мешка несколько кульков с крупами, пакет с сухими фруктами для компота и немного муки — вещь очень ценная, потому что из нее можно выпекать оладьи. Если, конечно, Кит не сожрет всю эту крупу в сыром виде. Вот по линии сахара слабовато. Зато есть немного конфет. Эти слипшиеся конфеты Миша распорядился тут же пересчитать и выдавать поштучно: Потом Кит вытащил кусок свиного сала, пакет с селедками, топленое масло в вощеной бумаге, десятка два крутых яиц.

Как только продукты очутились в мешке, они принадлежат всему отряду. И незачем об этом говорить. Лучше расскажи, что ты узнал дома у Игоря и Севы. Мы попрощались и ушли. Так же приблизительно было и у Игоря. Может быть, Сева уже приехал, прячется от нас, а мамаше своей велел ничего нам не говорить.

Я его еще предупредил: Ведь предупреждал тебя, предупреждал? Я попытался его удержать, но Генка меня не слушает и говорит: Тогда Генка подмигивает ей и говорит: Мы тоже из лагеря сбежали. Бабушка хлопает на нас глазами, видно, что ничего не понимает, а Генка все свое: Старушка сначала онемела, глотает воздух, потом как завопит: Значит, наш Игорек сбежал из лагеря!

Куда же это он? Да где же это он? Надо поскорее матери сообщить! Надо сейчас же в милицию бежать!.. Я тоже стал доказывать, что Генка просто пошутил; если бы Игорь действительно сбежал, то мы не брали бы для него продукты. Но хоть мы ее на время успокоили, она все равно Игоревой маме все расскажет. Мало того, что Игорь и Сева из-за тебя сбежали, ты еще их родителей разволновал.

А ведь предупреждали тебя! Найдем ребят и выгоним тебя из звеньевых. Итак, беглецов надо искать на реке. Какой им смысл подниматься против течения? На чем же гнаться за ними? Готового плота нет, да и движется плот слишком медленно. Значит, надо плыть за ними на лодке. Ее можно достать на лодочной станции. Но ведь лодочник заломит такую цену, что никаких денег не хватит! Есть еще лодки у некоторых крестьян, но кто даст?

Особенно нравилась Мише одна лодка, хотя и четырехвесельная и нелепо раскрашенная, но небольшая, быстроходная и легкая.

Она принадлежала странному человеку, который жил в деревне у своей матери и именовал себя художником-анархистом. В чем заключался его анархизм, Миша не знал.

Он видел его два раза на улице. Художник был пьян и то бормотал, то выкрикивал какие-то непонятные слова. Это был маленький голубоглазый человек лет тридцати, вечно небритый и вечно пьяный. Очень тронула меня сцена встречи ребят с иностранцами. Что-то трогательное, нежное и даже беззащитное было в простой доброте и открытости кубинца и молчаливой замкнутости румынки. Но все же в первую очередь эта книга о приключениях и поисках клада, о графском наследстве и остроумии Карагаева-отца, о загадочной "графине" и о бронзовой птице, которая содержимым своего тайника добавила немало бессонных ночей жителям деревни.

Давно хотел прочитать эту книгу, так как "Кортик" прочитал, а этой дома нет. Опять большое спасибо Рите margo за книгу. Так странно читать, вроде и про детей, а в тоже время эти дети не похожи на нас. Они хотят чтоб все у всех было поровну, борются с графиней, ищат клад, чтоб отдать его государству. Думаю, что сейчас мало кто думал, отдать клад государству. Мне очень понравилась, книга и даже больше чем фильм.

Это очень добрая книга. Временами даже слишком наивная. И пусть она о том времени и тех людях, каких сейчас не встретишь, но в этом ее прелесть. А загадка бронзовой птицы добавляет таинственности и разжигает еще больше интереса. В целом, книга будет интересна для всех возрастов.

Какая же замечательная книга. Просто идеально создана для подросткового возраста. Правильные герои, правильные мысли, захватывающие ситуации и идеи, детективный сюжет. И идеология в книге очень к месте, - основополагающие вещи не поменялись.

Справедливость, равенство, честность, - так и остались добродетелями. Ну, по крайней мере, в идеале. А теперь о самой книге Итак, знакомые герои - Мишка, Генка и Славка, вместе с их отрядом отправились на лето в лагерь. Совместить, так сказать, приятное с полезным. И отдохнуть, и просветить деревенские массы. Но все оказалось не так просто.

Кулаки и прочие несознательные личности из последних сил мешают ребятам и пытаются убрать пионеров куда-нибудь подальше. А тут еще "графиня", клад, лодочник Мда, много проблем у ребят. Признаюсь, вторая часть мне понравилась больше, чем первая. Сама идея лагеря, клада и т.

Я так погрузилась в книгу, что сегодня же посмотрела все фильмы. Просто не люблю, когда мне слишком советуют книгу. И смотреть фильмы до прочтения книги не люблю. Вот так я и осталась неучем. И такие уютные герои. В общем, я в восторге. И советую всем, кто как и я, по чистому недоразумению, книгу еще не читали. Тот случай, когда фильм оказался интереснее книги.

Ярче, эмоциональнее, что ли. Сами приключения ребят захватывающие и интригующие: Советская детская литература начинает у меня ассоциироваться с расписыванием идеалов, к которым обязательно нужно стремиться.

Порой так и хочется крикнуть "Так не бывает! Да и уж очень много здесь идеологии и правильности. На нашем сайте вы можете скачать книгу "Бронзовая птица" Рыбаков Анатолий Наумович бесплатно и без регистрации в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.

Мне очень понравилась, книга и даже больше чем фильм. Читала, замечательная книга и интересная история школьников. Подборки книг Лёгкие книги для отдыха. Книги о невероятно сильной любви. Полная энциклопедия Школьник Юлия Константиновна Скачать. Тридцать пятый и другие годы Рыбаков Анатолий Наумович Скачать.